Помогаю Марии извлечь цветы из плена бумажной обертки и прошу поставить ароматный букет в нашей с мужем спальне.
Поправляю скатерть, перекладываю фрукты с места на место. Совершаю бессмысленные движения, лишь бы не стоять как статуя у стола. Облизываю пересохшие губы, никак не могу собраться с духом и взглянуть на супруга.
— Что ты думаешь по поводу посещения кинотеатра?
Начинаю громко смеяться, цепляясь за край столешницы."
"— И тебе не стыдно, Гор? — Соленая влага проступает в уголках глаз. Вчерашняя вера в лучшее тает как кубики льда в полуденный зной.
Смотрю в потолок, дышу с трудом. — Как долго будет длиться этот фарс? — Голосовые связки скачут вверх к высоким нотам. Я вот-вот перейду на истеричный крик. — Сколько ещё ты будешь делать вид, что ничего не происходит? Сколько еще мы будем вести себя как глухонемые и играть в счастливую пару, закрывав глаза на насущные проблемы?
Тяжко вздохнув, Горский откладывает столовые приборы. Молчит. Опять молчит.
Чувствую на себе его взгляд. Ощущаю как щеку жалит его пристальное внимание.
Молчание любимого человека ранит похлеще любых слов.
Дрожащими пальцами тяну за край ярко-красной ленты, снимаю картонную крышку с врученной курьером коробки. Стараюсь сфокусировать разум на том, что вижу перед собой. Чтобы не сойти с ума от ужаса, который надвигается.
Бокс доверху заполнен золотой мишурой и прозрачным конфетти. Среди всей этой шушеры покоится прямоугольная коробочка темно-синего цвета в запаянной целлофановой слюде. На небольшой открытке черными чернилами указано, что это новый парфюм бренда под названием «Сильная и смелая».
Компания дарит мне полноразмерный флакон новинки для ознакомления и приглашает на предстоящую презентацию, которая состоится в конце ноября в арт-галерее.
Еще вчера я бы прыгала от счастья, что меня пригласили туда. Еще вчера… Теперь я просто кидаю открытку обратно в бокс и закрываю крышку. Не вызывает никаких эмоций этот презент. Больше не вызывает.
Молчание мужа душит. Тишина терзает похлеще любого дикого зверя.
— Я не уверен, что сейчас подходящее время для откровений.
— Подходящего времени не будет никогда, Назар. И ты это знаешь. — Возвращаюсь к своей тарелке и наконец осмеливаюсь посмотреть на мужа. — Давай уже, Горский. Не томи. Выкладывай карты на стол, — слишком наигранным и фальшивым выходит мой голос.
— Хочу, чтобы ты знала: я не планировал такого. Никогда. Даже в бреду не представлял, что так может произойти. Для меня это тоже шок.
