Мои ладони обхватили любимое лицо, я набросилась на губы Сашки, облизывая и посасывая их, сходя с ума от восторга, что этот мужчина только мой, и я принадлежу ему. Он же выдохнул мне в рот, подхватил под попку, и в следующий момент я не сдержала ликующего стона, откинув голову и крепко зажмурившись. Саша плавно опустил меня, медленно скользя внутри, и я задохнулась от восторга, накрывшего огромной волной. Замерла, наслаждаясь ощущениями, впитывая их каждой клеточкой, потом посмотрела в глаза Сашке. Моему мужу.
Любимому демону и единственному мужчине в моей жизни. Отцу моего ребенка.
На губах, припухших от наших жадных поцелуев, появилась улыбка, и я медленно провела ладонями по плечам, чувствуя, как напрягаются под пальцами мышцы. Раздвинула шире ноги, сделав движение бедрами вперед, впуская глубже в себя, и прошептала слегка задыхающимся шепотом:
— Саш… Я тебя люблю…
Запустила пальцы в волосы на затылке, погладила, любуясь на умиротворенное и мечтательное выражение его лица. А потом его ладони легли на мою талию, спустились ниже и обхватили ягодицы, мягко сжав.
— Лин… Я хочу сегодня нежно… — тихо произнес Сашка и улыбнулся ответной улыбкой, такой же светлой и счастливой. — Хочу любить тебя, малыш. Долго и неторопливо…
Я не возражала. Я согласна была на все, что он предложит, мой невероятный мужчина, потому что верила ему безоговорочно и знала, что Сашка никогда не причинит мне вреда. Утопая в его взгляде, я приподнялась и медленно опустилась, упиваясь этим ощущением скольжения внутри твердого ствола, наслаждение разлилось по венам сладкой патокой.
Мы двигались вместе, как одно целое, растягивая чудесные мгновения, прекрасно зная, когда остановиться, чтобы зависнуть над самым краем, за которым только бесконечное море удовольствия. И только когда ожидание достигло предела, сделавшись невыносимым до боли в сведенных от желания мышцах, Саша несколькими резкими, глубокими толчками унес нас за грань. Я закричала, захлебываясь в эйфории, царапая твердые плечи и снова и снова поднимаясь и опускаясь, ловя волну за волной, пока не замерла, опустошенная и обессиленная, в бережных объятиях мужа.
И бесконечно счастливая, до слез, повисших на ресницах.
Широкая ладонь провела по спине, и я хихикнула, поежившись — это место оставалось еще очень чувствительным после только что пережитого.
— Какое же мне чудо досталось, — пробормотал Сашка на ухо и нежно коснулся губами, отчего я блаженно зажмурилась, расплывшись в улыбке.
