- Софья Алексеевна, все в порядке? - взмахиваю пальцами, здороваясь.
- О, всё прекрасно. Дочь ко мне пришла. На могилку. Не будем ей мешать. Это же святое, убиваться на могиле матери о тяжестях бытия...
Императрица в своем репертуаре чёрного юмора.
- Продолжай, Юлия.
- Ты столько средств спускаешь на благотворительность! Неужели у тебя нет ничего для нас?!
- У меня вообще ничего нет, Юлия. Я на полном содержании Андрея Григорьевича. Святой человек... А лечиться надо по средствам. В России медицина бесплатная, например.
- Ясно... - опускает взгляд, поджимая губы.
- Ну а коли ясно, иди.
- Пришло время просить милостыню у других родственников? - горько. - Вот на что Вы нас вынуждаете? Хотя мы все знаем, что Вы присвоили деньги отца. Что ж... Значит, будем просить у герцогини.
""Герцогиня"" двоюродная племянница Мелании Первой, и реально имеет титул в Англии. Софья Алексеевна поддерживает с ней вежливую родственную связь. И иногда они помогают устроить дела друг друга через свои связи.
- Какой позор, - вздыхает Софья Алексеевна. - Как хорошо, что я уже умерла и не увижу этого.
- Прекратите, мама!
- Прощай, Юлия, - твердо.
Бледнея, Юлия, уходит, не проронив больше ни слова.
Догоняю ее.
- Юлия Викторовна, подождите.
Оборачивается, смерив меня презрительным взглядом.
- Я дам вам денег.
- Действительно? - настороженно.
- Не просто так, конечно.
- Ну, конечно, не просто так, - с сарказмом.
- Да. Мы знаем,что у Алекса родился сын. Микаэль.
Мишутка...
- Убедите Надю вернуться в Россию.
Мы знаем, что она в тяжёлой ситуации там. Убедите, что мы не будем преследовать ее и отбирать ребенка. Мы просто хотим, чтобы он жил недалеко от нас, общался с отцом и родственниками. И мы ей поможем материально, в разумных пределах. И возьмём на себя заботу о ребенке.
С нашими переговорщиками она говорить отказывается. Боится, что отберем.
- Мы купим билеты. Если она прилетит, мы дадим вам денег.
- Ребенок нездоров. У него есть дефекты.
- У нас у всех есть дефекты, сестра.
У него порок сердца, а у тебя его вообще нет. Это же не мешает тебе жить, - дёргаю бровями.
- У Данилевских его в принципе нет! Ты такая же как и мы. “Сестра”!
- Оу. Меня признали. Отрадно. В общем, скажите ей, Юлия Викторовна, что мы можем отобрать его и в Швеции, но не хотим этого. А значит, ей нечего бояться.
Мы действительно не хотим. Надя не бросила его, когда поняла, что денег ей не получить. А значит - мать она терпимая.
