Пусть на благотворительном аукционе выставят ее картину. Картину выберет Лаура. А в статью расходов собранных средств с аукциона пусть заложат три процента под наши опекаемые организации. Тогда можно нас заявлять в прессе как гостей. Я приду с роскошным животом и обязательно его подчеркну! - закатываю с усмешкой глаза.
Она, конечно, ничего не получит с продажи. Но вдруг кто-то заметит и оценит. И тогда остальные картины она сможет продать за хорошие деньги. Да и вообще в перспективе сделать себе имя.
- Хорошо, Мелания Алексеевна, передам.
Но вы понимаете, что журналисты будут пытаться задавать вопросы об... инциденте и родственниках.
Забираю с подноса официанта бокал с апельсиновым соком.
- Мне все равно, Валентина. Я отвечаю только на те вопросы, на которые хочу.
Как учит Софья Алексеевна.
- Ещё будут распоряжения?
- Пока нет. Спасибо.
- И... Пришли счета. От Лидии и ее родителей. Оплатить? Или переслать Максиму Марковичу?
- Нет. Ничего не пересылать. И не оплачивать.
- Даже коммунальные платежи?
- Даже.
Мы готовы оплачивать только счета из рехаба для зависимых. Всё. Это наша позиция.
- Они начнут названивать Софье Алексеевне.
- Андрей Григорьевич забрал у нее телефон. Так что ничего не получится. Самодур теперь - Мелания Вторая. И такова моя воля. Все претензии через секретаря и адвокатов!
Лидии не прощу ни Максима, ни Императрицу.
На большой веранде накрывают стол.
Беспокоясь за Софью Алексеевну, иду к ней. Ей нельзя нервничать. А возле нее - Юлия Викторовна. Напросилась всё-таки на встречу.
Они тоже, как и Лидия, уехали из России. Но не рассчитали силы. И поэтому она здесь.
Юлия пишет Софье Алексеевне огромные распашонки покаянных писем. Вернее, мне хотелось бы верить, что покаянных. Софья Алексеевна не читает.
И вот... приехала сама.
Подхожу, тактично останавливаясь на небольшой дистанции.
- ...Мама... Мы в очень сложной ситуации, очень! Ты же знаешь что такое европейские клиники. Они мгновенно сожрали все средства! Мы, Данилевские, остались нищими! Это такой позор.
..
- Вы - Курпатовы.
Максим серьёзно повредил Анатолию Павловичу челюстной сустав и позвонки на шее. И он теперь бесконечно лечится.
Наши адвокаты, под давлением Софьи Алексеевны договорились не подавать взаимные иски, замяв эту всю историю. Но если Софья Алексеевна замяла ее для публики, пытаясь в очередной раз спасти репутацию Данилевских, то это совсем не значит, что простила и отпустила. Вовсе нет!
- Счета из больницы для нас неподъемны...
