— Вы заметили что-то особенное? Ведь к вам каждый день ходит множество посетителей, а вы запомнили именно ее.
— Она не первый раз приходила. Всегда просила один и тот же столик. Говорила, что ждет кого-то, но никто не приходил.
— А что было в понедельник?
— Она пришла около шести вечера, в начале моей смены. Сидела и ждала. Потом заказала салат «Цезарь» и колу и в конце концов ушла.
— Точно, около десяти.
— Возможно. Время я не помню, но она долго сидела. Расплатилась и ушла. Вот все, что я помню.
Выйдя из «Кодиака», мы заметили, что в соседнем здании расположен банк с банкоматом на улице.
— Там обязательно должны быть камеры слежения, — сказала Анна. — Возможно, Стефани в понедельник на них попала.
Спустя пару минут мы сидели в тесном кабинете банковского охранника, и тот показывал нам, куда направлены разные камеры в здании. Одна смотрела на тротуар, на ней была видна терраса «Кодиака». Охранник прокрутил нам понедельничные записи, начиная с 18.00. Я вглядывался в прохожих на экране и вдруг увидел ее.
— Стоп! — закричал я. — Это она, это Стефани.
Охранник остановил картинку.
— Теперь медленно отмотайте назад, — попросил я.
Стефани на экране пошла задом наперед. Сигарета у нее во рту стала целой, потом она поднесла к ней золотистую зажигалку, взяла двумя пальцами и убрала в пачку, а пачку положила в сумку. Отошла еще назад, свернула с тротуара к синей компактной машинке и уселась в нее.
— Это ее машина, — сказал я. — Двухдверная синяя «мазда». Я видел, как она в нее садилась на парковке окружного отделения полиции штата.
Я попросил охранника прокрутить запись вперед, и мы увидели, как Стефани выходит из машины, зажигает сигарету, выкуривает ее на ходу и направляется к «Кодиаку».
Затем мы промотали запись до 21.55, когда Стефани расплатилась за ужин кредитной картой. Через две минуты она показалась на экране снова. Взвинченной походкой подошла к машине. Прежде чем сесть в нее, достала из сумки телефон. Кто-то ей звонил. Она поднесла телефон к уху, звонок был очень короткий.
Сама она явно не говорила, только слушала. Нажав на отбой, она села в кабину и с минуту сидела неподвижно. Ее было отчетливо видно через ветровое стекло. Потом она поискала в телефоне номер, позвонила, но тут же нажала на отбой. Как будто звонок не проходил. Подождала пять минут за рулем. Явно нервничала. Потом позвонила снова — на этот раз с кем-то поговорила. Звонок длился секунд двадцать. Наконец машина тронулась, двинулась на север и скрылась из виду.
