Им не известно, чем я занимаюсь, по крайней мере, они делают вид, что ничего не знают. Единственное, что они знают: я работаю в сфере сексуальных услуг, но это все. Хорошо зная собственную мать и ее буржуазную чувствительность, я думаю, что своим друзьям она говорит, что я работаю торговым представителем какой-нибудь фирмы.
Мы делаем вид, что им про мой род занятий ничего не известно, но я подозреваю, что, на самом деле, они обо всем знают. Или, по меньшей мере, догадываются. Люди они далеко не глупые.
Домой я позвонила просто так, без всякой причины.
— Здравствуй, дружочек, — сказал папа. — Ты все шляешься по улицам? Ха-ха-ха.
— Ха, — хмыкнула я в ответ. — Мама дома?
Он проворчал что-то еще и передал трубку.
— Когда ты приедешь? — спросила она. Даже не поздоровалась. Даже не спросила, как мое здоровье. В ее семье с допотопных времен не было принято обмениваться ритуальными формулами вежливости. Их стиль — сразу переходить к делу.
— Может, через пару недель, не знаю.
— Как с работой? Все что-то ищешь?
Я промычала что-то невразумительное.
Не полшю, что говорила ей, когда мы общались в последний раз. То ли, что я ищу более подходящую работу, то ли, что уже нашла и занимаюсь какими-то исследованиями. А может, что только прикидываю, куда пойти учиться дальше, или уже подала заявление.
— Да нормально, — отвечаю, — кое-что наклевывается, но пока ничего определенного.
На самом деле это не совсем сплошное вранье, у меня даже было одно собеседование.
Не стоит радоваться — это было не настоящее интервью.
Мне сообщили, что надо встретиться с клиентом в гостинице, и еще по электронной почте отправили его специфические требования: я должна сыграть для него роль девушки, которая пришла на собеседование. Он как бы проводит собеседование с застенчивой претенденткой на должность секретарши, чуть ли не девственницей, совершенно беззащитной и бессильной перед его домогательствами. Разумеется, тут требовался первоклассный уровень работы.
Кончилось все довольно быстро, и мы сразу вышли из роли.
Я нашла в ванной комнате крем с запахом лимона и принялась массировать его напряженные плечи.
— Скажи честно, тебе не кажутся мои фантазии несколько странными? — спросил он.
— Странными?
— Тебе не кажется, что подобное отношение унижает твое женское достоинство?
— Мне кажется, — сказала я, тщательно подбирая слова, — что это вполне подходящий способ дать твоим фантазиям выход.
Мы поболтали еще.
