Именно так я приобрел такую репутацию, когда люди дважды думают, прежде чем идти против меня.
Я веселый и смеющийся, пока не щелкну и не превращу все в игру.
Я играю в одну из них прямо сейчас. Игру, которая отличается от всех других игр, в которые я играл.
Обычно я играю только тогда, когда на девяносто процентов уверен, что выиграю. Десять процентов — это самый забавный фактор риска. На этот раз, однако, я не уверен, тот ли это процент или он немного ниже.
Возможно, выше, потому что я не остановлюсь, пока не сокрушу эту игру.
До тех пор, пока добыча не решит погибнуть сама.
Сидя за столом, я разглаживаю галстук и смотрю через пространство, отделяющее мой кабинет от кабинета Николь.
Она читает черновик контракта, который я попросил ее вычитать, одновременно отвечая на входящие звонки, что, очевидно, отвлекает ее, потому что она качает головой и перелистывает предыдущую страницу.
Откидываясь на спинку кресла, я наблюдаю, как трепещут ее густые ресницы на щеках, когда она смотрит на бумагу.
Как и вчера, ее волосы собраны в конский хвост, который подчеркивает мягкие контуры ее лица и пухлые губы оттенка персика."
"Неважно, сколько лет пройдет или сколько ей лет, Николь была и всегда будет красивой.
Провокационный тип.
Сегодня на ней темно-зеленая рубашка, подчеркивающая цвет ее глаз. Они похожи на лес в середине зимы. Таинственные. Манипулятивные.
Смертоносные.
Вот какой она всегда была — смертельным ядом, ожидающим нападения следующей жертвы.
Яд, предназначенный для того, чтобы заставить людей сойти с ума.
Вот почему я начал эту игру.
Сначала она поимела меня, и пришло время ей попробовать свое собственное лекарство.
Когда я увидел ее в одном из залов Уивер&Шоу, я не мог поверить своим глазам.
Прошло одиннадцать лет. Одиннадцать чертовых лет прошло с тех пор, как я видел ее в последний раз, но этого одного взгляда было достаточно, чтобы спровоцировать бушующего монстра внутри меня.
Один взгляд, и все это безжалостно обрушилось на меня.
Поэтому я назвал ее имя и спросил, что она здесь делает, когда она должна находиться в проклятом Лондоне, где я, черт возьми, ее оставил.
Оказывается, Николь подавала заявление на должность ассистента. Как и положено суке карме, я недавно уволил своего сотого помощника, так что Николь идеально подходила на эту роль.
Она станет моей целью в течение этих двух недель, а потом она будет умолять меня отпустить ее.
