То есть, те, где осталась только я?
Я никогда не думала, что снова столкнусь с Астрид, но теперь, когда это произошло, не могу избавиться от чувства сокрушительной вины за прошлое. Из-за меня с ней произошел несчастный случай, хотя и непреднамеренно, я заставила ее почувствовать себя нежеланной гостьей в собственном доме и соперничала за любовь ее отца.
Я не только была невыносимой, но и сделала своей миссией причинить ей боль. И я ненавижу себя прошлую, ненавижу то, как сильно я наступала ей на горло из-за того, что была не уверена в себе.
Я хочу извиниться не только за свое поведение, но и за то, что мама украла дядю Генри у нее и ее матери, убила ее мать, а потом пыталась убить ее. Мне нужно за многое извиниться, но я не уверена, что это как-то повлияет на нее.
Она всегда была уверена в том, кого ненавидит, и я стояла в начале этого списка.
Мои мысли рассеиваются, когда мы доходим до беседки в саду, раскрашенной множеством цветов. Прозрачные звезды свисают с потолка, как падшие ангелы.
Там же накрыт стол для завтрака со всеми видами еды, которой можно накормить целую армию.
Что-то летит в нашу сторону со сверхзвуковой скоростью, и я вздрагиваю. Дэниел, однако, ловит мяч ногой и даже пускает его в дриблинг.
— Вижу, ты не потерял хватку, Стерлинг.
— Отличный удар, капитан.
Дэниел ухмыляется Леви, который приближается к нам, неся на руках Брэндона.
Подождите. Разве он не пошел с Джеем только что? Как он…
Когда Леви подходит ближе, я вижу, что ребенок очень похож на Брэндона, но у него есть маленькая родинка под левым глазом.
И на нем спортивная майка, в отличие от Брэндона, который был в светло-зеленых шортах и рубашке на пуговицах.
Леви вырос в сурового мужчину. Его мальчишеская красота стала совсем мужественной, но грива золотистых светлых волос все такая же яркая, как и прежде.
Он наклоняется и целует Астрид в губы, открыто, с языком.
Боже.
Мои щеки пылают, и я стараюсь смотреть куда угодно, только не на них.
— Найдите себе чертову комнату. — Дэниел вырывает ребенка из рук Леви и шепчет: — Тебе не противно, Лэн?
— Я привык.
— клон Брэндона, Лэн, поднимает плечо. — Дядя Эйден говорит, что маме и папе нравится делать детей.
— Твой дядя Эйден прав.
— Твой дядя Эйден придурок, Лэндон, — говорит Леви, наконец оторвавшись от своего сеанса поцелуя с Астрид в школьном стиле.
— Дядя Эйден не придурок. Он говорит только правду. Кроме того… — Лэндон нахмурил брови. — Вы сделали Глиндон, которая избалованная и не нужная.
