Саймон открывает рот, чтобы заговорить, но его прерывают, когда незваный гость садится рядом со мной, хотя остальные стулья пусты.
Ох, я вас умоляю.
Мне потребовалось много времени, чтобы достичь стадии, когда мой мозг готов перейти на следующий уровень. Я не очень хороша в общении с окружающими людьми.
У них есть глаза. И большинство из них осуждают и критикуют и всегда стремятся докопаться до меня.
Ладно, может, это не так, но я не могу по-настоящему объяснить это. Потому что я вновь ощущаю их взгляды.
Несколько или, может быть, парочку.
И они наблюдают за мной. Близко. Сосредоточенно. Словно они могут вскрыть мой фасад и заглянуть внутрь скорлупы, которой я себя окружила.
— Макаллан, чистый.
Мои пальцы сжимают мартини, затем я опустошаю его наполовину за раз. Этот глубокий, низкий голос со спокойным оттенком — причина, по которой я чувствую на себе пристальный взгляд. Я ощущаю его глубоко в сердце, которое никогда не направляло меня неправильно.
Это один из телохранителей, которых я упустила из виду в своем плане? Нет, невозможно.
Они думают, что мне нездоровится и я сплю в своей комнате, чтобы никто не беспокоил меня до утра.
Используя волосы в качестве занавеса, я наклоняю голову в сторону, лучше рассматривая. Я стараюсь не быть очевидной, пытаюсь притвориться, что мои ноги не дрожат, и мой авиарежим не давит на меня, чтобы я пошевелила задницей и убежала прочь.
Мужчина, сидящий рядом со мной, обладает присутствием таким же глубоким, как и его голос.
В нем есть что-то нервирующее, хотя он просто сидит рядом.
Его физическая внешность имеет к этому какое-то отношение. Он красив, потрясающе красив. Это несправедливо. Наверное, он самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела, включая актеров и супермоделей. Он обладает тем типом физического совершенства, которое заставляет вас остановиться и уставиться на него.
Как будто этого недостаточно, он высокий, его ноги кажутся длинными, даже когда он сидит, а плечи такие широкие, что пиджак костюма от Армани облегает его развитые мышцы.
Мышцы, которые легко могли бы одолеть меня, если бы он захотел. Я не должна думать об этом. Черт, мне следовало бы опасаться этого, учитывая всех мужчин в моей жизни, но я не могу упустить из виду тот факт, что этот конкретный мужчина мог бы одолеть меня в мгновение ока."
"Внезапный прилив тепла охватывает мои бедра, и приходится сжать их вместе, прогоняя это ощущение.
