Тоня лежала, вытянувшись рядом, смотрела, как он спит, как подрагивают ресницы во сне, поднимается грудная клетка, вздрагивают губы, что-то бормоча во сне… И думала: зачем я здесь? Почему с этим человеком, а не там, со своей «не своей» семьёй?
Чувство одиночества захлестнуло её, слёзы предательски наполнили глаза, стремясь выплеснуться наружу. Тоня гладила Мишу по плечу, прижимала к себе его спящую голову и роняла по одной драгоценные слёзы, то и дело промокая их простыней.
«Смогу, я смогу ещё раз, буду стараться, – думала она.
– И у меня будет, как у всех – муж, может быть, дети, семья будет. Не одна. Наверное, я теперь не одна…»
* * *Наступила весна 1972 года. Тоня встречалась с Михаилом уже почти десять месяцев. Точнее, 10 месяцев прошло со дня знакомства там, на озере в июне, и три месяца – после совместной встречи Нового года в Москве. Михаил регулярно ждал её по утрам, чтобы вместе пойти на работу, вечером заходил за ней. Изредка оставался ночевать. Тоня поговорила с Настасьей Семёновной и Мариной, спросила, не будут ли они возражать, если Михаил поживёт с ней – временно, пока летом не снимут собственный дом и не переедут.
Сам Миша был против такого проживания в доме «старухи», как он называл Настасью. Он знал её с детства, что там между ними было – не рассказывал ни он, ни она, но жить с Настасьей он категорически не хотел. Миша желал переехать в Москву. Это была его цель и условие их совместной жизни. Не то чтобы он напрямую про это говорил, но каждый раз, когда они принимались обсуждать их дальнейшую жизнь, он подводил разговор к Москве и Тониной квартире.
В итоге решили, что он едет в Москву поступать в институт, который окончила Антонина, на вечерне-заочный. Пока будет ходить на курсы подготовки, жить, конечно, будет у Тони в квартире и ремонт там сам потихоньку сделает.
– Миша, зачем нам сейчас на ремонт тратиться? Нам же лучше на дом копить или на участок, чтобы потом своё жильё тут купить. У нас у обоих в Лисках работа, у тебя – родители, мать совсем уже старенькая, сестра с маленьким ребёнком и без мужа, ты им нужен.
А у меня – мои ученицы, Настасья Семёновна, да и не хочу я в Москве жить, я же тебе не раз говорила."
"– Тонечка, ну что ты кипятишься? – Миша подошёл к ней, повернул к себе лицом, глядя в глаза. – Всё будет так, как ты хочешь, я выучусь, это же заочный – буду ездить только на сессии, заодно потихоньку сам ремонт тебе сделаю, обои поменяю, потолки побелю, освежу, так сказать.
