И хотя в новом классе мои страдания возобновились, я сумела крепко подружиться с Клэр и Лиззи. Дружба с ними сделала школу более или менее переносимой.
Когда в последнем классе начальной школы пришло время выбирать среднюю, я убедилась, что сильно отличаюсь от подруг.
Клэр и Лиззи в сентябре ожидал Томмен-колледж — роскошная элитарная частная школа с внушительным финансированием и превосходным оснащением. И все это благодаря «конвертикам» от состоятельных родителей, повернутых на том, чтобы их детки получили лучшее образование, какое можно купить за деньги.
Ну а меня ожидала местная переполненная муниципальная школа в центре города.
Жуткое чувство оторванности от подруг не забылось до сих пор.
Буллинга хотелось избежать так отчаянно, что я умоляла маму отправить меня на Беару[3], к ее сестре Элис, чтобы, живя у них в семье, я могла бы окончить учебу.
Нет слов, чтобы описать чувство опустошения, охватившее меня, когда отец поставил точку в вопросе переезда к тете Элис.
Мама любила меня, но она была слаба и замучена, а потому не стала устраивать баталию с отцом, когда он потребовал, чтобы дальше я училась в Баллилагинской муниципальной школе.
И стало только хуже.
Добавилось жестокости.
Добавилось насилия.
Добавилось физических издевательств.
Первый месяц первого года[4] за мной гонялись несколько групп мальчишек, и все требовали от меня того, чего я не желала давать.
Потом меня прозвали фригиткой[5], потому что я не желала любезничать с теми самыми мальчишками, которые годами превращали мою жизнь в ад.
Самые циничные высказывались жестче, предполагая, что я фригитка, оттого что у меня под юбкой есть кое-что мальчишечье.
Но какими бы жестокими ни были эти мальчишки, девчонки превосходили их изобретательностью.
И изощренной гнусностью.
Девицы распускали отвратительные слухи, будто я страдаю анорексией и каждый день после обеда иду блевать в туалет.
Я не страдала ни анорексией, ни булимией, если уж на то пошло.
Находясь в школе, я буквально каменела внутри и не могла заставить себя что-либо съесть.
Когда меня тошнило — а такое случалось сплошь и рядом, — это было непосредственной реакцией на невыносимый, постоянный стресс. Добавьте сюда не по возрасту маленький рост, неразвитость тела и костлявость. Все это никак не способствовало опровержению слухов.
Когда мне исполнилось пятнадцать, а первой менструации так и не случилось, мама повела меня к местному терапевту.
