А затем, глядя в затягиваемые пустотой глаза Тавора, согласно киваю:
-- И умрут они в один день!
Резкий взмах, и я вонзаю тяжелый клинок в собственное сердце. Проворот… Пустота… Здравствуй, Великое Ничто…
81 ярус. Пентхаус Творца.
Я сидел, удобно развалившись на мягком диване, обитом шкурой неизвестного зверя. Мебель была не простой, штучный товар божественного гранда с витиеватой печатью на боку. И даже не стоит пытаться подделать - получишь проклятие до седьмого колена - почище чем от распятого бога.
Исходящие от диванчика эманации легко бафали смертного до уровня архимага, да и мои огрубевшие чувства расслаблялись, словно в ласковом прибое Средиземного моря.
Творец, в полюбившемся ему образе огненного саламандра, возлежал на ложе из едва заметно тлеющих углей Древа. Чужого Древа. Где уж он их брал - история умалчивает. Пространство вокруг очага мерцало, но не из-за тепловых потоков, а из-за столкновения с чужими физико-магическими константами. Наверное, Саламандру это нравилось…
-- Ты же понимаешь что второго шанса не будет? - Творец, выделивший на наше общение целый поток своего разума, скосил на меня фиолетовый глаз.
- Возрождение Бессмертного и так напрягало Равновесие. И поверь мне на слово, - оно очень не любит напрягаться… Я подарил его тебе как последний шанс при неизбежном столкновении с Хаосом, а ты бездарно слил его на убийство врага…
-- И возрождение брата… - педантично поправил я, и сделав глоток амброзии покосился в широкое окно.
Там, за невидимым барьером силового поля, сверкал красками Друмир.
Вознесенный на вершину Древа, он сиял ярким маяком, словно звёздочка на верхушке новогодней елки.
Защищенный почти в абсолют, бережно укрытый от невзгод крыльями двух серафимов, укоренившийся в месте силы Его, с топовым разгоном локального времени - Друмир развернулся на все 700% от максимального потенциала.
На тысячи голосов орали в пеленках будущие архимаги.
Рывками выходили на пиковую мощь магические источники.
Волшебные животные рождались исключительно с громкими приставками -архи, -мега, -матерый, -сверх и прочими прилагательными превосходный степеней.
Из рук крафтеров, под их изумленно распахнутыми глазами, регулярно выходили предметы легендарных, мифических, реликтовых и эпических грейдов.
И даже строгающие рогатку малыши уже не обращали внимание на цветные маркеры оружия. Зеленое: “необычное”, синее: “редкое”, а у самых везучих да хулиганистых: фиолетовое, “уникальное”...
