Оттуда, где в следующее мгновение из-под раскидистых крон деревьев начали выходить новые трупы. Один. Второй. Седьмой. Десятый. Пятнадцатый. Тридцатый. Целый марш мертвецов. И этих солдаты, похоже, не интересовали. Они брели прямо на нас.
Глава 4
«Мертвецы не знают усталости»
— Что по потерям? — шумно выдохнул я, скрывшись за хлипкой стеной щитов.
— Марик отбегался, Ольриху удалось вырваться, — доложил Брандон, — Эрик сломал Руку, когда упал с лошади, Вулхар — повредил рёбра. В строю осталось шестеро наших.
— И восемь моих, — тяжело дыша бросил барон. Сплюнул и вытер лезвие своего бастарда о гамбезон поверженного мертвяка, — Слишком мало, чтобы сдержать ту толпу. Есть предложения?
— Есть, — отозвался Бернард. В одной руке сержант сжимал перемазанный в гнилой крови фальшион, другую прижимал к боку. Крови там видно не было — доспех выдержал удар. Но вот ребро треснуть могло, — Строимся клином и пробиваемся к синим мундирам. Твои бойцы на острие, наши — на флангах. Раненые держатся в центре и смотрят за тылом.
"
"Барон глянул на своего капитана. Тот молча кивнул и подхватил с земли щит. Рядом с ним тут же начали выстраиваться его солдаты. Я поудобнее перехватил кацбальгер и встал в середину правого фланга. Таким строем мне ещё сражаться не доводилось, а значит лучше быть в центре, не высовываться, смотреть что делают остальные и повторять за ними.
Нежить, выползавшая из леса заметила наши телодвижения и тоже начала ускоряться. Да и часть мертвецов, давившая на строй солдат, развернулась в нашу сторону, намереваясь принять готовящийся удар.
Похоже, что ими всеми командует некий единый разум. Тварь или человек. Вот только какому человеку под силу поднять такую толпу нежити? Вернон помнится в столице поднял четверых и то, чуть было сам на тот свет не отправился. А он колдун явно не из слабых. Значит всё-таки тварь. Или кто-то из «наших», что ещё хуже.
— Наступаем! — заорал Барон, оборвав поток моих мыслей на полуслове.
Наспех выстроенный клин качнулся вперёд.
Сделал шаг. Другой. Третий. Мы побежали. Побежали прямо на гниющий, ощетинившийся железом строй.
Кровь тяжелыми молотками ударила в виски. Мгновение застыли в воздухе, растянувшись в череду смазанных картинок. Хищно оскалившиеся пасти мертвяков. Могильные черви, копошащиеся в пустых глазницах. Иссохшая, облезлая кожа на десятков рук сжимающих длинные тяжелые древки. Слабые, коричнево-желтоватые отблески солнца на ржавых остриях пик и гвизарм.
