Главное, чтобы это была сенсация. А вывозить из дома заплаканную девушку – не самый лучший вариант.
Пребывая в легком ступоре от услышанного, Микелина выпрямила спину, бесшумно отшагнув от закрытой двери.
Мысль о том, что Анна Мария каким-то образом причастна к наплыву журналистов никак не выходила их головы. Чувствуя легкий озноб, девушка обхватила себя за плечи, безрезультатно стараясь согреться с помощью холодных ладоней.
Внезапно до ее слуха долетел достаточно громкий мужской голос, предупреждающий о незамедлительном приближении своего хозяина.
– Хорошо. – Изменяя своим принципам, со вздохом проронил хозяин особняка. – Анна Мария, у вас есть время ровно до шести утра. Советую воспользоваться им с умом, как можно скорее собирая свои вещи. В противном случае, вы уедете отсюда без них.
Не обращая внимания на новые всхлипы за своей спиной, мужчина провернул холодную сталь круглой ручки, резко раскрывая дверь.
– Синьорина Риччи? – Заметив стоящую перед ним девушку со скрещенными на груди руками, он внезапно замер.
– Что вы здесь делаете?
Не имея желания оправдываться за свое поведение после всего произошедшего за последний час, Микелина пристально посмотрела в темно-карие глаза, которые ещё совсем недавно заставляли ее сгорать в пучине собственной необъятной страсти.
– Я искала вас. – Наконец, проговорила она сухим, почти бесцветным тоном, скрывающим за собой целый шквал бушующих в ней эмоций. – Беспокоилась из-за произошедшего инцидента в зале «Голубой лагуны».
Словно не заметив ее напряженного состояния, Рикардо лишь неоднозначно передернул плечами.
– Не стоило. Со мной все в порядке. Надеюсь, Луи смог вывести вас из оккупированной папарацци зоны без новых приключений.
Словно услышав свое имя, в дальней части коридора показалась приближающаяся фигура светловолосого охранника.
– Синьор, – подойдя ближе, с деловитой ухмылкой произнес он. – Все прошло гладко и без лишнего шума. Репортеры даже не взглянули в нашу сторону.
Кротко кивнув, Рикардо вновь посмотрел на стоящую перед ним девушку.
– Вы в порядке? – Наконец озвучив самый интересующий его вопрос, сдержанно спросил он.
В порядке ли она?
Нет. Далеко не в порядке.
При мыслях о поджидающих за углом репортерах ее до сих пор бил лихорадочный озноб. Но намного хуже этого было ее внутренне самочувствие. Она безумно хотела, чтобы он хоть на миг сбросил с себя маску властного начальника, подошел и крепко обнял, прижимая ее к своей могучей груди.
