Я все равно хотела быть рядом, а в таком виде я могла спокойно донести до тебя кто мать, да и вообще. С тобой оказалось забавно.
— А маскарад твой специально для меня?
— Для всех, такую меня было сложно узнать. Знаешь, я и подумать не могла, что ты станешь хорошим папой. Максимум на что я наделась, это то, что ты просто не бросишь Машу.
— А про синюю машину, нянек, это все брехня? Как ты узнала про машину?
— Брехня. Я просто видела во сне, как ты ее покупал. И я подумала, что наведу соответствующий антураж, чтобы тебе было страшно.
— Вот ты коза. Так, стоп, — вдруг осенило меня. — Ты мне как-то говорила, что я видел мать ребенка не единожды. Врала?
— Нет. Я как-то действительно подходила к твоему офису и ждала на улице, это в апреле где-то было. У меня тогда деньги закончились, вообще не на что было жить. Но у тебя хорошая охрана, наверное, таких выскочек было много, понятное дело ты меня не запомнил, — откидывая голову на спинку дивана, устало произносит Таня.
— И на что ты жила?
— А на следующий день мне повезло.
Устроилась мыть подъезды в своем доме. Копейки, но хватало.
— Блин, как же все запущено.
— Паш, а чего ты такой спокойный? Это не похоже на тебя. Ты за простую выходку мне кривые зубы вспоминал и троллил не по-детски.
— Ты тоже как-то не отставала, несмотря на такую дерьмовую жизнь.
— А если серьезно?
— У меня прошел запал троллить и душить, ввиду некоторых событий.
— Тебя так шокировала правда обо мне, что ты забыл о том, что хочешь меня прибить?
— Да причем здесь ты.
Два часа назад я принимал роды у твоей «подружки» Жени. Я! Сам! Весь этот сморщенный, красный комок, в какой-то белой фигне вылез из нее! У меня до сих пор перед глазами стоит ее междуножье. Там так темно и широко. Это просто немыслимо! После увиденного у меня не только больше не будет больше детей, но и…
— Опахало больше не взмахнет, — совершенно не сдерживая улыбки, произносит Таня.
— Точно. И после всего этого, Танечка, все вокруг мне кажется совершенно не существенным.
Тем более, чего тебя ругать, ты и так оказалась ущербнее, чем только возможно представить.
— Паш, а что будет дальше?
— Дальше? А дальше, лапочка, мы будем чистить тебе ауру. Она у тебя донельзя загажена, — беру крапиву в руки и кручу перед Таниными глазами.
— Вот это совершенно не смешно.
— А кто смеется? Подставляй попу, дорогая моя. Буду тебя бить и изгонять дьявола.
— Дурак, — Таня вскакивает с дивана и подходит к Маше, выставляя руку вперед.
