Боже, надеюсь, инспектор Уитмор, притаившись где-нибудь в кустах, это услышал!
— Что? О чем ты?..
Мне даже не пришлось притворяться: голос дрожал совершенно естественно. А потом со стороны скамьи донесся шорох — за моей спиной. Я резко обернулась и взвизгнула, увидев толстяка-опекуна. Была готова, но все равно испугалась. Судорожно повертела головой: маркиза Хантли не было видно. Предпочитает наблюдать со стороны?..
Тусклый свет фонаря мазнул по руке сэра Джона и пробежался по гладкой, блестящей, металлической поверхности револьвера.
Я с трудом сглотнула и почувствовала, что онемела. Язык прилип к небу, губы буквально парализовал страх.
— Ты могла бы жить, Тесса, — он все еще сопел: то ли от ярости, то ли от усилий, которые прикладывал, чтобы, скорчившись, прятаться за скамейкой. — Если бы не была такой упрямой дурой.
— Так писем не было?.. — заплетающимся языком уточнила я и взглянула на Элоизу, потому что смотреть на направленный в мою сторону револьвер было жутко. Она же стояла отвернувшись.
Весьма удобно.
— Были, конечно, — толстяк хохотнул и свободной рукой смахнул с лица пот. — Только вот ты их никогда не увидишь, гордая идиотка. Вышла бы замуж за маркиза — он мало отличается от твоего герцога, если судить строго. Нарожала бы детишек, не знала бы горя. А теперь…
И он резко замолчал и взвел курок, и я почувствовала, как у меня подогнулись ноги.
В следующее мгновение многое случилось одновременно: толстяк вскинул руку, чтобы получше прицелиться; громовой голос инспектора Уитмора велел ему бросить оружие и опуститься на колени; завизжала Элоиза; послышался топот жандармских сапог; сэр Джон разразился отборной руганью; оглушивший меня выстрел все же прозвучал, и кто-то сбил меня с ног на землю, навалившись сверху.
Я распахнула глаза, которые крепко зажмурила, и увидела перекошенное лицо Норфолка.
— Вы! — прошипела, будучи готовой наброситься на него голыми руками и зубами. — Вы!
Он лежал на мне сверху, упираясь локтями в землю возле моей головы, и тяжело, рвано дышал, словно после бега.
Мне было плевать!
Его волосы, выбившиеся из прически, растрепались и свисали вдоль висков длинными прядями. Я хотела вырвать их все!
— Миледи… — выдохнул он, и я принялась извиваться прямо на земле, пытаясь отползти подальше от этого несносного, невыносимого человека.
— Как вы посмели⁈ Как вы могли⁈
Герцог чуть приподнялся на локтях, и я смогла выпростать руку и изо всех сил ударила его кулаком по груди.
