— Зверька такого маленького?
— А чё с ним ещё делать?
— А он живой, между прочим, — вскинула я подбородок. Да о чём можно говорить с человеком, который так жесток даже с животными, которые слабее его и уж точно ни в чём перед ним виноваты не были? — И ему на улице будет холодно. По ночам уже падает температура в нашем регионе, если ты не заметил.
— Спасибо за урок географии, — съязвил парень. — Просто… Эту мышь я подкинул тебе в надежде, что ты испугаешься и будешь бегать и орать по дому, как полоумная, а я засниму, и потом поржём над тобой всем классом.
А ты эту мышку приютила… Клетку ему купила… На деньги моего отца, как я понимаю, да?
Снять видео и посмеяться всем классом?
Он серьёзно?
Неужели он настолько гнилой?
Неужели это так смешно — чьи-то фобии?
То есть мне дико повезло, что мышей я не боюсь, иначе меня ждал бы фееричный первый день в новой школе, который мне пытался обеспечить Матвей?
Так вот о чем он говорил, когда обещал мне устроить ад на земле…
Подброшенная мышка — лишь часть большого изощрённого плана.
Я внимательно всмотрелась в лицо парня.
Глаза у него умные и…злые.
Очень злые, жестокие, бесчеловечные какие-то даже…
Я недооценила противника.
Эта игра будет ещё более жестокой и злой, чем я могла себе представить.
И защитить меня от него будет некому.
Руки снова мелко задрожали.
Боялась ли я Матвея?
Да, боялась — я беззащитна.
Богу только ведомо что он и его такие же избалованные мажоры-одноклассники со мной сделают за этот год…
Если я его вообще переживу хотя бы.
— Тебе жаль денег на клетку? — тихо спросила я, еле взяв себя в руки. Не хотелось перед ним раскисать и показывать свою слабость и страхи.
— Нет, но ты снова падаешь на хвост моему отцу.
— Ты тоже живёшь за его счёт, — отметила я в ответ.
— Так он мой родной отец. А ты — найдёныш.
Я подняла глаза на Матвея.
Ему явно нравится меня оскорблять. Но я не буду поддаваться на провокации.
Тем более, что моя злость и выпады ни к чему не приведут — он всё равно выйдет сухим из воды, а его только сильнее разозлю.
— Значит, ты хотел найдёныша заснять, чтобы потом вместе повеселиться с одноклассниками? — спросила я.
— Ага, я думаю, это было бы весело.
Смотрел как ни в чем не бывало.
Нечеловек какой-то ей-богу…
— У нас разное понятие о весёлом.
— Может быть. Но тебе придётся веселиться так, как привыкли мы.
— Зачем ты пришёл? — перевела я тему разговора.
Хотела, чтобы он скорее обозначил мотивацию своего присутствия здесь, и ушёл.
