Второй номер набивал диск патронами, время от времени выглядывая из-за бруствера."
"– Сейчас исправим, товарищ старший лейтенант.
– Головы не высовывайте.
Траншея была во многих местах обрушена, лежали убитые бойцы. Политрук Раскин стрелял из винтовки, неловко передергивая затвор.
– Лезут, гады, – сказал он.
Я машинально кивнул. От политрука большего сейчас и не требовалось. В пулеметах он не разбирается, а вести политинформации не время.
В одном месте траншею засыпало доверху. Когда перебирался, автоматная очередь просвистела в метре над головой.
Немец стрелял на бегу с расстояния сотни шагов. Я перебрался на другой край осыпи и едва не споткнулся о ботинки, торчавшие из земли.
Младший лейтенант Савенко Юрий, самый молодой из взводных командиров, но уже прошедший бои под Смоленском и в окружении, напряженно следил за «чехом» (легким танком Т-38). Поворачивая башню, танк посылал один за другим небольшие снаряды из своей 37-миллиметровой пушки. О его броню отчетливо звякнула пуля ПТР, которую выпустил старшина Сочка.
Эти десятитонные увертливые машины имели для того времени довольно сильную лобовую броню 25 миллиметров толщиной. Бортовая защита была слабее – 15 миллиметров. Сбросив шинель и каску, щуплый взводный, похожий на мальчишку, держал наготове бутылку с горючей смесью. Рядом с ним стрелял из английского пулемета по автоматчикам сержант из его взвода.
– Что с «максимом»? – спросил я.
– У них одна болезнь, – отозвался Савенко, продолжая следить за танком. – Кожух снова пробило.
Человек семь автоматчиков сделали рывок и, пробежав с десяток шагов, залегли в низине. Один не добежал – его срезал очередью из пулемета сержант. Танкисты, видимо, получили приказ по рации идти напролом. Т-38 увеличил газ и пошел в сторону засыпанной взрывом траншеи, где образовалась перемычка.
Раскрашенный в серый, с белыми пятнами камуфляж, Т-38, с его массивной башней, непрерывно стрелял из обоих пулеметов и приближался к траншее на полной скорости. Блестели отполированные звенья гусениц, а броня с крупными заклепками казалась непробиваемой.
Прижимаясь к танку, скрытые снежным вихрем, бежали человек двенадцать солдат штурмового взвода, тоже стреляя на ходу. Град пуль бил по брустверу. Сержант-пулеметчик протянул руку, принимая запасной магазин. Второй номер, вскрикнув, стал сползать по стенке траншеи.
Двое красноармейцев торопливо дергали затворы винтовок и палили не целясь. Я пристроил ППШ и окликнул бойцов:
– Стреляйте в цель. Иначе сомнут.
