— Я тебе попрошу! Так попрошу — мало не покажется!
— Попроси…
Я не помнил, чтобы раньше она была такой игривой, но мне это дико нравилось! Заводило еще сильнее, хотя, казалось, я уже и так дошёл до предела.
Любил её страстно, огненно, даже жёстко, глядя прямо в глаза, каждым движением давая понять, что не отпущу ни за что, люблю и любить буду.
А потом… Медленно доводил её до экстаза, нашептывая слова любви, и говорил о том, что еще хотел бы сделать с её сочным, манящим, таким чувственным и красивым телом.
Ведь она для меня — идеальная. Потому что любима мной.
После Надя прижалась ко мне, лаская пальчиками грудь, а на меня снова накатило.
— Родная, прости меня, я…
— Молчи, — приложила она пальцы к моим губам. — Не надо. Давай… не будем больше вспоминать это. Никогда. Слышишь? Не хочу вспоминать. Хочу видеть только хорошее.
— Давай, — кивнул я, прижимая её к себе крепче. — Ты права. Ты у меня такая умница, Надь!
— Я буду как в том анекдоте… Раз в году твоя жена будет превращаться в змею и шипеть, а в остальное время будет нежной кошечкой.
— Кошечки тоже шипят… Но я согласен на всё. Только бы ты была рядом. И наш тигренок и… возможно, еще кто-нибудь.
— Кто? — Надя напряглась, гладя мне в глаза.
— Малышка-тигрица. Крошечная девочка с твоими глазами.
Она смущённо улыбнулась.
— Хорошо, только… Пусть глаза у неё будут твои.
ЭПИЛОГ
— Сын уснул… Идём? — потянул я её за руку в нашу большую спальню.
Богдан подрос и теперь спал в своей комнате.
Только что Надя дочитала ему сказку и погасила ночник у детской кроватки. А я заглянул проверить, как они тут…
Жена послушно пошла за мной. На её руке снова блестело обручальное кольцо, такое, какое было и на моём безымянном пальце.
Как я и хотел, мы сыграли с Надей свадьбу почти сразу же, как я перевёз вещи в тот коттедж, который изначально покупал для нас.
Да, сказал, что для неё, но в душе всегда теплилась надежда, что любимая простит меня и пустит в дом, который предназначался для большой семьи.
Мы так и остались жить в Сочи. Нас навещал мой отец, который словно бы помолодел с рождением внука. Он любил возиться с маленьким Богдашей…
Мама… Её не стало полгода назад. Отец остался один и почти все свободное время посвящал моей семье.
Анфиса тоже ушла в лучший мир ещё до нашей с Надей свадьбы…
Надя всё же выполнила её последнюю просьбу. Не ради неё, конечно, а ради себя в первую очередь — ведь Надя меня любит.
