И это тот случай, когда хорошие манеры совсем не радовали. По его виду даже мне было ясно: он не собирается обсуждать наш поцелуй. И больше целовать меня тоже не намерен.
— Домой?.. — переспросила я, пытаясь вспомнить что-то важное, о чем я совсем забыла, едва оказавшись в библиотеке. — Да, конечно, домой.
— Поехали. Где вы живете?
Я открыла было рот, чтобы назвать свой адрес, но в этот момент в тишине пустого зала послышались чьи-то шаги и буквально через несколько секунд в массивных дверях «читалки» появился Иннокентий Павлович.
Он с такой мольбой посмотрел на Бессмертного, как будто его судьба решается здесь и сейчас.
— Я скоро, — кивнул мне Кощей и быстро зашагал к старичку.
Ну скоро так скоро. Хотя я и сама могу прекрасно добраться домой. Дождь, мне кажется, уже не так остервенело стучал по окнам и, судя по всему, вот-вот закончится. Среди пожелтевших стопок старых газет и журналов мне впервые стало неуютно, даже страшновато немного. В пугающей тишине раздалось жужжание мобильного.
Сейчас оно казалось оглушающим. Звонила мама.
— Василиса! Ты где? Почему на звонки не отвечаешь? — В ее голосе звучало беспокойство и облегчение одновременно. — Все хорошо?
— Да, — сказала я, а про себя грустно подумала: «Лучше не бывает!»
— Точно? Купи, пожалуйста, в аптеке что-нибудь от простуды. Чувствую, что заболеваю, а под рукой нет ничего почти…
Я только сейчас заметила, что мама говорит чуть в нос.
— Конечно, ма! — ответила я и решительно направилась к дверям.
Дойдя до них, я оглянулась.
Здесь было так тихо, что, казалось, я осталась одна не только в пустом зале, но и во всем этом громадном здании. Взгляд снова упал на зажатый в ладони телефон. Такси! Ну конечно! Вот что я хотела вспомнить и о чем благополучно забыла, когда увидела Бессмертного. Три пропущенных вызова из службы заказа. Последний — полчаса назад. Я даже не слышала. Я столько времени, оказывается, здесь?! Понятно, что никакое такси меня ждать не станет так долго.
Прошлась по коридору — ни одной двери.
Куда увел старик Кощея — совершенно непонятно. Сколько мне еще нужно его ждать, тоже неясно. И нужно ли?
Я почему-то уверена, что Бессмертный обо мне не забыл. Не потому, что только что поцеловал меня, просто он из тех, кто никогда ничего не забывает. Но и торопить свои дела с библиотекарем ради того, чтобы скорее отвезти одну настойчивую журналистку…
Телефон мелькнул сообщением от мамы. «Возьми еще жаропонижающие, у меня температура».
