Значит, Ваня со Смольской… Глазам не верю.
Я не слышу, что там говорят, кажется, уже вопросы начали задавать, но я заново перечитываю заметку. Как? Когда? Откуда столько информации? Вздрогнула, перечитала еще раз и снова еще раз. Целых два абзаца — просто рерайт того, что было в моей заметке. Если бы я не знала, что не имею никакого отношения к этой заметке… по позвоночнику пробежал колючий холод.
О, господи! Олег же читал, он видел, он… Я стала лихорадочно перечитывать материал. Для меня по сути ничего нового — просто много деталей, о которых я не знала.
Не верю, что они за день сами столько накопали. И еще три небольших абзаца, словно взятых из моей статьи и переписанных.
Господи! Что теперь будет? Что будет с Олегом? С этим тендером? Он столько всего сделал, чтобы выиграть!
Не обращая внимания на удивленные взгляды, я вылетела в коридор. Что с ним? Просто хочу знать, что он в порядке. Почему не позвонил? Не сказал? Наверняка же все видел…
Я застыла, так и не нажав на вызов. Он должен понять, он ведь не подумает… Да зачем я вообще писала эту статью?! Кому и что я хотела доказать?
Медленно сползла по стенке, сев на корточки.
Так и не стала ему звонить пока. Больше всего на свете мне сейчас хотелось знать, что эта статья ничего плохого не принесла ему, а еще что он не винит ни в чем меня.
И тут же стыдно стало. Он может потерять сделку, а я думаю о себе, о том, чтобы он не подумал, будто для меня эта заметка важнее его.
Тогда какого лешего ты вчера ткнула ему в нос свой ноутбук, Василиса? Хотела этот самый нос утереть? Показать, какая крутая? Показала…
То, что под текстом нет моей фамилии, ничего не значит.
Далеко не всех, кто работал над статьями, указывают в авторах.
Я рассматривала телефон и думала о том, что ему сейчас не до меня, потому что он разбирается с этой статьей. Поэтому не позвонил. А вовсе не потому, что решил, будто это я его сдала. Но тогда откуда у нас столько пересечений?!
Мой ноут постоянно был со мной вчера. До него никто, кроме меня, не дотрагивался.
Я это точно знаю. Стоп! Я бегала, искала Жору, ноут был в сумке вроде, я его туда же положила, когда решила, что не буду на нем работать. Еще Елисеев ко мне подходил, спрашивал про конкурс.
Вот же гад! Он все знал! И ничего мне не сказал. Мне вообще никто ничего не сказал. Лариса, Жора промолчали, главный… ну это понятно… Виолетта… Мысли неслись в голове с космической скоростью, я не успевала за ними.
Если я сама не позвоню, он может решить, что я и правда виновата.
