В пятнадцать меня объявили чемпионом в клетке.
Я был любимцем своего хозяина. Лучшим из лучших.
Когда мне было двадцать два года, я убил его… и его жену… и стал свободным человеком.
В течение десяти лет я брался то за одну, то за другую случайную работу. Охотился, похищал, убивал. Я был убийцей Братвы.
Пока она не вошла в мою жизнь и не проверила мою преданность.
Талия Баресе была моей работой. Мне заплатили за то, чтобы я убил ее…
И не имело никакого значения, проникла ли она в мое сердце или ее уязвимость взывала ко мне… она должна была умереть.
Я вспомнил ее лицо в тот вечер. Выражение чистого ужаса в ее глазах, когда она отдалась своей судьбе, прежде чем потеряла сознание. Она знала, что от смерти никуда не деться…
Я был Мрачным Жнецом и трижды звал ее по имени.
Талия умерла.
От моих рук.
Ее смерть была легкой… и блядь, на это было больно смотреть.
Я вдыхал соленый запах океана, пока моя яхта двигалась вместе с волнами. Стоя рядом с перилами, я наблюдал за дельфинами, плывущими по огромному океану.
Я находился посреди океана, в самой глуши. Далеко от моей реальности.
Закрыв глаза, сделал глубокий вдох. Это была свобода.
Я обернулся, и мой взгляд скользнул к ней. Она загорала в своем очень неприличном красном бикини. Черт меня побери, она была искушением, перед которым я не мог устоять.
Она подняла темные очки, открывая свои красивые карие глаза, и ухмыльнулась.
— Ты так и будешь стоять там или присоединишься ко мне?
Моя грудь громыхнула от смеха, и я присоединился к ней, устроившись рядом на полотенце.
Она закатила глаза и залезла на меня верхом. Мои руки обвились вокруг ее бедер, и она улыбнулась.
— Ты голоден? — сказала она.
— Чертовски.
Она хихикнула и наклонилась для поцелуя. Мои губы завладели ее губами, и она застонала.
Три месяца назад я был слишком эгоистичен, чтобы отпустить ее.
Талия умерла…
Нова заняла ее место.
Нова Армани. Моя жена.
ТалияКогда я потеряла сознание три месяца назад, когда надо мной склонилось жестокое лицо Киллера, я была уверена, что он убьет меня.
Образы моей жизни не проносились перед моими глазами. И даже если бы это произошло, парочку из них были бы счастливыми. Всю свою жизнь я чувствовала себя так, будто будущее было под угрозой, словно я жила с включенными тормозами. Никогда на полной скорости, всегда под контролем других.
Возможно, у всех был этот момент невозврата. Поворотный момент, изменивший все. Для меня это — момент моей смерти.
