И еще больше струхнули, когда оказались в сердце приюта: кабинете леди Аралтис.
За длинным дубовым столом, как у себя в Хаосе, удобно и без стеснения расположился Арххаррион. Одетый в белую рубашку, уже без ожогов на лице, он бесцеремонно просматривал бумаги бывшей матушки-настоятельницы и раздраженно отбрасывал ненужные. Пол у его сапог уже был усыпан желтым пергаментом, раскрытыми фолиантами, конвертами и свитками.
У левого локтя демона стояла початая бутылка вина, наполовину пустая. И судя по отсутствию бокалов, здесь Арххаррион обошелся так же- без церемоний!
— Нашел что-нибудь, — спросил лорд Даррелл, закрывая за нами дверь.
Мы с Ксеней переглянулись, помялись на пороге и тихонечко присели на низенькую кушетку без спинки. Я с любопытством осмотрелась.
Только один раз я была в этом кабинете, в святая святых. В тот день, когда прибыл вестник из Старовера, тринадцать лет назад, и решалась моя судьба: останусь ли я в приюте или нет. Я помню недоуменный взгляд вестника и легкое, безразличное пожатие плечом леди Селении.
Я смотрела на двух этих людей, держащих в руках мою жизнь, и запомнила их такими: недоумение и безразличность.
Тогда здесь царила строгая упорядочность и холодная сдержанность. Сейчас — пахло пеплом и вином, трещал в камине огонь и властвовал хаос.
— Не много, — сипло ответил Арххаррион, лишь мелком глянув на нас.,- Алира хитра…Предполагала, что я буду искать. Так…Несколько подчеркнутых слов, пожелтевшие от частого чтения страницы…не следы, а издевки!
Арххаррион со злостью сжал кулаки и сделал большой глоток из бутылки.
— Присоединяйтесь, — сделал он широкий жест рукой.
Лорд Даррелл подумал и тоже приложился к бутылке.
— Вам не предлагаю, — сказал он нам.
— А что жалко? — ехидно спросила Ксеня.
Арххаррион вскинул на Ксеню темные глаза и под его взглядом она сжалась.
— Кубки там, — махнул он рукой. — сами возьмите.
Мы с любопытством потянули носом, потому что никогда не пробовали спиртное. Потом Ксеня упрямо поднялась, достала из шкафа кубки и поставила на стол.
Лорд Даррелл капнул туда по капле. Ксеня недоуменно заглянула внутрь, повертела, размазывая по стенкам, и протянула обратно, требуя добавки. Шайдер нахмурился.
— Налей, — все так же сипло и не глядя, сказал Арххаррион, — спать лучше будут. У них тяжелый день выдался…
И ночь. Ночь — особенно.
Заполучив кубки, в которых на четверть плескалось темное вино, подруга вновь уселась рядом.
Шайдер же расположился у окна.
