– Ну привет, Никита, – сидит вальяжно в кресле, а рядом со мной один из его прихвостней.
Дёргаю руками, чтобы разбить эту холеную рожу, но руки мои скованы наручниками, а сам я привязан к стулу. Дёргаюсь, проверяя крепость верёвок, понимаю, что вырваться быстро не получится.
– Тебе что нужно, гнида? – смотрю исподлобья на эту падаль.
– Ой, Никита, – картинно вздыхает Волынский. – Всего так быстро и не перечислишь. Но если кратко, всё просто. Бабки, власть, беззаботная жизнь. А вот ты мне писец сколько забот доставил и продолжаешь доставлять.
А знаешь, что случается с теми, кто начинает меня напрягать? – опасно меняется его тон.
– Догадываюсь, – криво усмехаюсь.
Наслышан прекрасно о грязных методах этого упыря.
– Да-да. Я уже понял, что с Серёгой ты познакомился лично, и этот факт ускользнул от меня. Ну ничего, эту ошибку мы тоже скоро устраним.
– Где Алиса? – вспоминаю, как его люди утащили её, и как она сопротивлялась.
– Вы скоро встретитесь. А от тебя мне нужно всего лишь пара подписей на некоторых документах.
– Не дождёшься.
– Ну, это мы ещё посмотрим. Ты сам виноват, Никита, – со скучающим видом произносит он. – Я же хотел обойтись гуманными методами и почти законными, но как показывает практика, доброе слово и пистолет в нашей стране – это единственный рабочий метод. Я сейчас отлучусь на пару минут, мне нужно кое-что подготовить. А ты не скучай. Тебя твоя подружка обязательно развлечёт, да, Лика?
Поворачиваю голову и только сейчас замечаю сидящую на диване и довольно улыбающуюся Лику.
А эта-то тварь что здесь делает.
– Привет, любимый, – выдаёт она насмешливо. – Соскучился?
Подходит ко мне, виляя бёдрами.
– Вообще нет, – отвечаю с презрением.
– Ох, вот вечно ты меня расстраиваешь, – наигранно вздыхает, подходит вплотную, садится ко мне на колени. Я пытаюсь сбросить эту тупую кобылу, но она только сильнее вцепляется в мои плечи, ещё и пытается меня поцеловать.
– Отвали от меня! – рычу я.
– А помнишь, Ник, что ты мне сказал при нашей последней встрече? – шепчет мне на ухо.
– Нет, – от запаха её приторно-сладких духов внутри поднимается волна омерзения.
– А я напомню, – продолжает она. – Ты сказал, что я тупая шлюха, и поимел ты меня только назло Алисе.
– И? – усмехаюсь. – Тебя так задела правда?
– Это как сказать, – хмыкает она. – Просто ты не понял, что это я поимела тебя, как последнего лоха, Никита! – заливается она смехом.
