Я бы сказал, морально он был очень слабым и, главное, нерешительным – в нем было что-то от Макобера: ждать, пока что-нибудь подвернется и узел, который ему не хватает духу разрезать, развяжется сам собой.
– В данном случае чего он ждал? Конца войны?
– Безусловно. Конец войны заставил бы его сделать решительный шаг в ту или другую сторону. Позволю себе предположить, что он понятия не имел, какой из узлов он для него развяжет.
– Нита или Алиса. Вопрос стоял так?
– Совершенно верно.
– И Нита отдавала себе отчет в существовании этого конфликта?
– Она видела, что он не может выбрать между двумя стульями, и делала все, что могла, чтобы он сел на ее стул.
– Отсюда просьбы о разводе?
– Точно. И другие вещи. Ведь бедняжка боролась за свою жизнь.
– Какие другие вещи?
– Ну, не знаю. Мне этого не приходилось испытывать самому. Но нетрудно вообразить, какой ад может создать женщина для человека, которого она решила удержать при себе: каждое слово подобно ложке масла в огонь, в каждом взгляде, каждом жесте, каждой минуте молчания – упрек или мольба, в ход идет весь запас хитростей.
Уверен, у нее их была целая куча.
– Но если она создала ему такую веселую жизнь, почему же он просто не ушел?
– О, мой дорогой Найджел, жизнь не такая простая штука. Она растворилась в его крови. Он любил ее. Да-да, он действительно любил ее. Он не мог избавиться от нее просто так. Для этого он был слишком интеллигентен.
– И он не смог бы освободиться от нее, от своих проблем, от конфликта в самом себе, пока она была жива? – задал Найджел рискованный вопрос.
Брайан Ингл вжался в спинку кресла и вскинул руки, словно защищаясь от вопросов.
– Нет! – воскликнул он. – Нет, нет! Прошу вас! Это страшно. Звучит так, будто я хотел обвинить его в… Честное слово, я и в мыслях этого не имел.
– И все же, наверное, такая мысль посещала вас? Не может быть, чтобы не посещала."
"Так долго Брайан паузы еще не держал. Он как будто впал в эпилептический транс, утратил дар речи и восприятие внешнего мира.
В конце концов он заговорил, словно сам с собой:
– Нита была напугана, – и снова умолк.
– Напугана? Это было недавно?
– В то утро, когда умерла… То есть была убита.
– Как это было? – мягко, предупредительно, будто уговаривая ребенка, спросил Найджел.
– Я не стал об этом рассказывать суперинтенданту, – медленно проговорил Брайан. – Когда он меня допрашивал, у меня не было настроения. Мне было совершенно наплевать на то, кто убил ее.
