Как ты думаешь, нам это удастся?
Видеть Фелицию такой неуверенной – это что-то новенькое.
Я решаю сказать ей правду.
– Не знаю. Мой опыт в битвах не помогает мне во время испытаний.
Фелиция кивает:
– Может быть, нам еще нужен план Б.
– Это уже план Б, – отвечаю я, наблюдая за окружающими нас людьми. Для Братства мы здесь, должно быть, вполне различимая мишень.
– Люцифер сказал мне кое-что странное, – я решаю довериться Фелиции. – Он заявил, что ему нужно больше времени и что он не думал, будто встретит ключ в Венеции.
– Ты предполагаешь, он что-то подозревает? – спрашивает Фелиция. – Они ведь еще не знают, кто из девушек ключ, а кто нет. Пока ты выживаешь на испытаниях, ты можешь быть одной из них.
– А что, если они только устраивают шоу? Что, если это какая-то уловка, чтобы отвлечь нас на какое-то время?
– Ты не знаешь, как можно отличить ключ от обычной девушки? Ты ведь много лет изучала все эти книжки со своим отцом. Там наверняка должна быть какая-то подсказка.
– У моего отца, судя по всему, было много тайн от меня, – отвечаю я с горечью в голосе.
– Он либо спрятал от меня самые важные писания, либо у него их просто не было. Но, возможно, мы и не должны были искать то, что писали люди.
– А что тогда? – спрашивает Фели, качая головой, когда она понимает, к чему я веду. – Это сумасшествие. Где ты собираешься найти писания ангелов?
– В кабинете Люцифера.
– Что, прости?
Я пожимаю плечами так, словно врываться в кабинет Люцифера – самая обычная вещь на планете.
– Он сейчас не в городе.
Я могу попробовать сегодня ночью. Может быть, там я найду что-нибудь полезное.
Прежде чем Фели успевает мне ответить, Кассиэль с тремя стаканами возвращается из бара. Я быстро выпиваю холодную воду.
– Мне надо с вами поговорить, – голос Кассиэля звучит на удивление серьезно.
Во время пробежек он никогда не обращается ко мне лично, и мне иногда даже кажется, что то, что было между нами, никогда не происходило.
– Архангелы определились со вторым испытанием.
Он что, хочет рассказать нам, что нас ожидает? Разве это не несправедливо по отношению к другим девочкам?
– Вы разбираетесь в гематрии? – быстро спрашивает он.
– Немного, – осторожно отвечаю я. – Мой отец учил меня.
– Я так и думал. В вашей библиотеке я видел книги по гематрии, но был не до конца уверен. Тем не менее тебе стоит освежить знания. Вам они понадобятся, – Кассиэль вытаскивает из-под своей рубашки тоненький томик и передает его мне.
Я перелистываю страницы.
