На иврите эти буквы имеют особое значение. Это не просто буквы, а магические символы, в которых таятся какие-то творческие силы. В теории, по крайней мере. Чтобы усложнить все еще больше, каждая буква соотносится с определенным числом. Первая буква алеф имеет значение единицы, а двадцать вторая буква тав равна четыремстам. Я знаю все это, но для Фелиции все это должно быть в новинку. Она ведь никогда не занималась подобными вещами. Я передаю ей эту книгу.
– Она нуждается в ней больше, чем я. Самые важные вещи я и так помню.
– Ты должна знать все, – настойчиво говорит Кассиэль. – Испытание будет очень сложным. Оно проверит не только твои знания о мире духов, но и способность заглянуть в этот мир. Раскрыть правду, которая таится в нем.
Наши охранники приближаются к нам, и Кассиэль встает перед Фели так, чтобы она смогла спрятать книгу. Затем мы возвращаемся во Дворец дожей.
– Спасибо, – говорю я позже, прощаясь с ним. – Я не знаю, почему ты нам помогаешь, и не особенно рада быть у тебя в долгу, но спасибо.
Кассиэль улыбается мне:
– Ты спасла мне жизнь, и я просто пытаюсь отблагодарить тебя за это, – серьезно говорит ангел.
Мне сложно в это поверить.
Глава X"
"В этот раз нас снова ведут к трибуне, расположенной на пиацетте Сан-Марко между двумя колоннами с покровителями Венеции. Архангелы сидят там, окруженные своими друзьями и женщинами. Сегодня Люцифер отказался сопровождать меня лично, и, когда Сэм попрощался со мной, я узнала почему. Он сидит рядом с Сариэль, которая разговаривает с ним, ее рука покоится на бедре архангела.
Она тихо смеется и другой рукой поглаживает его по щеке. Уголки губ Люцифера приподнимаются в улыбке. Последние пару дней я дважды встречала его в салоне, но каждый раз, когда я туда заходила, он сразу же покидал комнату. Люцифер просто игнорирует меня, и я не нуждаюсь в том, чтобы кто-то объяснял мне причины такого поведения. Он держится от меня подальше, и это к лучшему, даже если подобное поведение меня ранит. Наши отношения, если это можно так назвать, стали слишком близкими.
Когда они с Сариэль перешептываются друг с другом, мои ладони сжимаются в кулаки так сильно, насколько это вообще возможно. Хоть раны на моих ладонях и затянулись, но кожа все еще очень тонкая. Алессио закрыл мои руки небольшими повязками, и я надеюсь, что сегодня им не придется так страдать.
Он что, даже посмотреть на меня не может? Я отвожу взгляд от Люцифера, и он сразу же падает на Кассиэля, который наблюдает за мной и подбадривающе кивает.
