– Что, обосрались? В штаны наложили? Никогда прежде зверолюдей не встречали? А я встречал, и не раз! На фронте! И те звери были куда опаснее и страшнее этих уродов, а мы, между прочим, еще и дрались с ними подчас голыми руками и побеждали. Куда только подевалась ваша дисциплина и храбрость? Как ветром сдуло. А еще солдаты Красной армии! Смотреть противно. Я приказал держать оборону насмерть! Почему меня никто не послушал? Если бы сохранилась дисциплина, мы бы этого отморозка уродливого по снегу раскатали, в бараний рог свернули вот так, а теперь мало того, что потеряли боевого друга и товарища, между прочим, офицера госбезопасности, так еще и эту мразь красноглазую отпустили восвояси, и ищи его теперь, как ветер в поле! Позор, товарищи офицеры! Стыдно должно быть.
Я сам выйду наружу и покажу ему кузькину мать…
– Товарищ генерал! Окститесь! – разом взорвались Чердынцев и Булганин, хватая его за плечи. – Там же верная смерть! Вы умрете!
– Руки! – Кошевар сердито дернул плечами. – Убрали. Я не сумасшедший, так что вот не надо этого вашего.
Вы вообще слышали, что я только что вам сказал? Мои приказы теперь не подлежат выполнению? Каждый теперь сам за себя? Не понял! Смирно! Под трибунал захотели? Смерть меня не страшит, но вот чего я больше всего не выношу, так это когда товарищи бросают своих в беде. Что с Дарсуном? На фоне всеобщей суматохи кто-нибудь догадался оказать ему помощь? Где он, кстати? Надеюсь, не оставили парня снаружи?
Оба бойца ОСНАЗ с опаской подняли руки, привлекая к себе внимание.
– Все хорошо с якутом, товарищ генерал. Сильно приложился, но жить будет, башка у него крепкая, словно из чугуна, хоть по пробуждению и будет болеть. Пусть пока поспит. Походу этот парень не спал несколько суток, если не больше. Мы осмотрели пещеру и не нашли другого выхода. Мы здесь как в ловушке. Есть горячий источник, а главное, чистой питьевой воды, правда, чуть солоноватый на вкус, вероятно, источник минеральный, но нам сгодится. В потолке есть небольшие щели естественной вытяжки, так что можно не опасаясь развести костер.
– Так займитесь этим. И проведите инвентаризацию. Я должен знать, что мы спасли из вещей и оружия, а что потеряли по вине некоторых паникеров и блудодеев.
Генерал, прихрамывая, подошел и склонился над безмятежно спящим якутом и заботливо укрыл того своей шинелью, которую ему протянул Чердынцев, чтобы шеф не замерз.
– Степан Анатольевич, голубчик, вы здесь?
Булганин с опаской подошел к нему, ожидая заслуженную взбучку.
