То, как Ян стоял, да он же флиртовал с Настей! Я почувствовала, что она ему интересна, буквально подкоркой, шестым чувством. И то, с какой готовностью он согласился ее проводить после «Котов». Да, Глеб весь вечер смотрел тогда на меня, это я видела. Но Барышев? Его взгляд был прикован к Оливке.
Чувствую себя дурой. Не знаю почему, но все это меня шокирует. Иду, не чувствуя под ногами землю. Наверняка и прогуляться Ян меня позвал, чтобы поговорить о Насте. Хитро.
И пусть я только что призналась себе, что моя любовь к Яну сдулась как воздушный шарик, но то, что ему нравится Оливка… Не уверена, что это умещается в моей голове.
Там сейчас вообще сплошной бардак.
– Номер? Не знаю, а она не будет против? Я собирался написать ей где-то в соцсетях.
– Оливка считает, что девушку нужно добиваться. Удивлять. Соцсети это банально, – я улыбаюсь, – а вот номер, это уже что-то про романтику и настойчивость.
Ян достает телефон и говорит:
– Диктуй.
Я достаю свой, потому что не особенно доверяю памяти на цифры.
И именно так нас застает Глеб.
Мы с его другом стоим посреди улицы, в руках телефоны, и я диктую номер. Ничего такого, но слово «застает» все равно кажется мне уместным. Потому что я поднимаю голову и вижу, как лицо его каменеет. Угрожающе выступают желваки, а верхняя губа дергается.
– Привет! – Ян сияет улыбкой и протягивает другу руку.
Секунда, и лицо Глеба становится непроницаемым, он отвечает на рукопожатие.
Внутренне съеживаюсь как изюм. Чувствую себя такой же маленькой и нелепой.
Сердце же дает два оглушающих удара в грудь, а потом несется вскачь по непредсказуемой траектории. Да, похоже на стандартную реакцию на появление Янковского. От того, как все перекрутилось, у меня начинает болеть голова.
– А мы с Беней гуляем.
– Я вижу, – цедит Глеб, едва глядя на меня.
Я подавленно молчу. У меня чувство, будто я виновата, но это же не так! Часть меня противится этой вине, а часть с радостью ее принимает. Нет, с меня хватит.
– Мне пора домой, – выдавливаю, глядя в сторону.
– Мы проводим, – отвечает Ян.
Глеб смотрит на меня, не мигая. Ну нет, я не поддамся. Мне вообще все это осточертело.
– Не маленькая, сама дойду.
Я говорю резче, чем хотела бы, но Ян остается безмятежным. Он говорит:
– Да нам же по пути. Да, Глеб? Ты ведь домой?
– Домой.
Браво, Янковский, что ни слово, то чистый яд. Тронь, и свалишься замертво.
Втроем мы движемся в сторону моего дома. Мы с Глебом молчим, но Ян занимает эфир за нас всех.
