Я растерянно кручу головой и бормочу:
– Да что? Ну блин. Да надоело!
– Это на каком языке? – умирает от смеха Глеб.
– Иди знаешь куда, – ворчу я, – просто мне не понравилось, как она резко списала меня со счетов.
Ян откашливается после смеха:
– Так на меня права еще никто не предъявлял.
– Ну, знаешь, с такими красавчиками рядом приходится держать ухо востро.
– Считаешь, что мы красавчики? – подмигивает мне Глеб.
– А, вот и Янковский вернулся, а то я испугалась, что ты перестал быть дебилом.
Ян прищуривается, глядя на нас, и говорит:
– Молодец, Янка, претензий нет.
Мне с Викулей знакомиться резона нет. А тебе, Глеб?
– Мне тоже, – через паузу тихо отвечает Глеб.
– Подождите, так вы ее знаете? Это и правда Викуля?
И ребята снова смеются.
– Нет, это имя придумалось само собой, когда нам показалось, что одной девчонке на улице нужно уйти от напряженного разговора с парнями. Так его иногда и используем, – поясняет Глеб.
Напрасно он хочет казаться хуже, чем есть на самом деле. В груди становится тепло.
Я бежала от мыслей о нем, но вот мы снова рядом. Глеб, что же ты за человек такой?
Моя рука скользит с его локтя в карман, находит его ладонь и коротко сжимает пальцы. Я собираюсь вытащить руку, но он не дает, сжимая мою кисть в ответ. Так мы и идем до моего дома. Яна я держу под руку, а пальцы другой руки переплетены с пальцами Глеба в уютной теплоте кармана. Рядом семенит Беня.
Я не хочу ни о чем думать, мне просто хорошо.
Глава 20
Ребята провожают меня до дома, но у дверей квартиры я передумываю.
Пишу Оливке сообщение:
Ты дома?
И когда она отвечает, что да, я разворачиваюсь и иду к ней. Помню, что ее жилой комплекс рядом с домом Яна, поэтому приходится сделать крюк, чтобы снова не столкнуться с парнями.
Открывает тетя Лика. Обнимает меня и целует в щеку. От нее пахнет дорогим парфюмом, а золотистые волосы щекочут нос, но я зажмуриваюсь и покрепче сжимаю ее в объятиях.
– Яна! Давно не заходила, я даже соскучилась, – она отстраняется и подмигивает, – Настя у себя, а я пойду под сериал усну, нам сегодня так бока намяли в спа, вообще сил нет.
Я улыбаюсь и скидываю ботинки у порога.
– Можешь остаться на ночь, если хочешь! – кричит она уже из своей спальни.
– Спасибо, теть Лик!
Нет, мама у Оливки суперклассная. Я знаю, мне никогда не понять их эмоций по поводу того, что они друг другу не родные, но глубоко в душе я, конечно же, завидую.
Захожу к Оливке, которая лежит на кровати, раскинув руки в стороны.
