Пишу Оливке, что жду ее в столовой, и спускаюсь на первый этаж. Накидываю рубашку, но жилетку несу в руках, мне все еще жарко.
Захожу в столовую и обвожу ее взглядом. Там тихо, и она залита дремотным солнечным светом. На раздаче скучает мама, залипая в книжку, которую прячет под прилавком. Занято два стола, кажется, восьмиклассниками, но они что-то усердно пишут в тетрадях, изредка переговариваясь вполголоса. Отлично. Я подхожу к раздаче:
– Мам, нальешь чаю?
– Януся! Я тебя не заметила, – мама поднимает голову.
– Интересная книжка?
– Что? А, ну да, – она краснеет и убирает книгу в карман передника, – ты такое не читаешь, конечно.
Я беру стакан с чаем и пожимаю плечами. Потом робко улыбаюсь. Мамино лицо в ту же секунду освещается ответной улыбкой. Кажется, я очень обижаю ее своим отношением.
Сажусь за стол у окна, когда в столовую врывается Оливка. Подлетает ко мне, швыряет рюкзак на скамейку и садится напротив:
– Что Карась хотел? Он же тебя на весь урок забрал!
– Ты с географии слиняла? Звонка же еще не было, – я специально не отвечаю на вопрос, потому что вижу, как ей любопытно, и меня это жутко забавляет.
Она отмахивается:
– Сказала, что живот болит. Рассказывай!
– Ну, в общем, я теперь в сборной по волейболу. О, и мне придется одолжить у тебя форму на сегодняшнюю тренировку.
– Что-о-о?
– То-о-о, – передразниваю ее я и смеюсь."
"На душе очень радостно. Я успела забыть, как на самом деле люблю волейбол. И будем честными, я была просто в ударе! Кажется, сегодня у меня получилось произвести впечатление и на Карася, и на Яна, и на Глеба.
Чему я радовалась больше, я пока не понимала.
Глава 11
Я рассказываю все Оливке, и под конец истории она начинает давиться смехом.
– И чего ты ржешь? – не выдерживаю я.
– Потом расскажу, – она выглядит жутко довольной, – пойдем в зал, подождешь, пока я сдам Карасю нормативы, и я отдам тебе форму.
И она снова начинает хихикать. Я мрачнею. Кажется, наконец понимаю, в чем дело.
В раздевалке спортзала я сижу на скамейке и исподлобья наблюдаю длительный процесс сборов Оливки. Как и всегда, она переодевается просто ужасающе медленно. Но когда она наконец готова и встает прямо передо мной, сверкая довольной улыбкой, я не нахожу слов. Просто беспомощно смотрю на нее со своего места.
– Ну как?
– Замечательно, – выдавливаю я, – на тебе.
– Ой, Ян, перестань! Ты знаешь, как тебе пойдет? Просто бомба, поверь мне.
