Но она низкая, что она будет делать на подборе?
Я крепко сжимаю зубы, потому что злость клокочет где-то в горле и грозит в любую секунду вырваться наружу. Видали? Я низкая. Да я просто никогда ему не нравилась! И если до этого у меня еще были мысли нарочно завалить так называемую проверку, то теперь я полна решимости утереть старой рыбе нос.
Карась ставит нас в тройку и заставляет меня демонстрировать нападающий удар, потом я бесконечно подаю, и показываю, как ставлю блок. Я действительно низкая, но у меня хорошая техника, и я высоко прыгаю.
К тому же от злости я все выполняю просто идеально. Даже не помню, когда последний раз так играла. Наверное, в своей старой школе.
В конце концов мы играем два на два, до пятнадцати очков. Я и Глеб против Карася и Яна. И я ставлю жирную точку в этом испытании, когда, подпрыгнув и прогнувшись в спине, отправляю мяч в центр поля, куда не успевает никто из противников.
– Красотка! – кричит Глеб, и мы звонко даем друг другу пять.
Тяжело дыша, я замираю рядом с ним, и он добавляет тихо и серьезно:
– Это было здорово.
– Спасибо, – я смотрю в его голубые глаза, и меня будто затягивает в круговорот.
– Петрова! Ну, удивила! – Карась выглядит жутко довольным, а я наконец перевожу взгляд и растерянно моргаю, – и почему я не видел этого на своих уроках?
Безразлично пожимаю плечами. Ответ у меня есть. Наверное, потому что вы не стремились разглядеть. Но вслух, конечно, этого не говорю.
– Ой! Я же географию пропустила, – растеряно лепечу я.
Удивительно, в спортивном азарте я вообще забыла, что мне нужно на урок.
– Не переживай, – так же весело отзывается Карась, – я поговорю с учителем. Ну что, сегодня вечером тренировка, завтра игра. Добро?
– У меня формы нет.
– У подружки попросишь, она мне после уроков нормативы сдает.
И действительно, Оливка сегодня все утро ныла, что вечером ей нужно идти к Карасю.
– Яна, это было классно! – Барышев легко толкает меня кулаком в плечо.
Я смущенно фыркаю. Взгляд у него восхищенный, и мне это безумно льстит.
Я не иду, парю над резиновым покрытием спортивного зала. Он меня заметил! Он считает, что я классная! Ну, что я классно играю в волейбол, но вообще-то не суть.
Совсем смутившись, я поспешно сгребаю в охапку вещи и выскакиваю за дверь. Но напоследок оборачиваюсь и ловлю еще один странный взгляд Глеба. Я не понимаю, что за эмоцию вижу в его глазах, и мне от этого неуютно.
До конца урока еще десять минут, но я решаю не возвращаться.
