Попов здоровается с ними и притворно удивляется:
– Паха, а ты чего сегодня один? Где очередная фея?
– Заткнись, – бурчит Кудинов.
Я смеюсь:
– Пашка не в настроении, его первый раз бросили.
– Никто меня не бросал, – повышает он голос.
– Зацепила, что ли? – хватается за сердце Попов.
Кузнецов смеется, не сдержавшись, и получает обиженный взгляд друга.
– Ну что, по коням?
– Погодите, – Миша с подозрением прищуривается, – нас девять, а тачки всего две?
– Ну, кому-то будет тесно, – бросаю я, и мы все кидаемся к машинам, чтобы занять места.
Попов, как всегда, последним подхватывает свою сумку и кричит:
– Да это вообще моя дача!!"
"Уже вечером мы с парнями остаемся у мангала, пока девчонки о чем-то тихо переговариваются в беседке. Жарим последнюю порцию мяса и греем угли для кальяна. Алкоголь и жаркая июльская ночь кружат голову. Я смотрю в черное небо с россыпью ярких звезд и задумчиво говорю:
– А ведь в городе таких звезд и не увидишь.
– Ну ты романтик! – смеется Попов.
– Уже готовишься сразить Янку?
Я шиплю:
– Тихо ты!
– Да че я сказал?
Ян хлопает нас по плечам:
– Да все, парни, успокойтесь. Ничего им там не слышно. Но ты, Миш, все-таки потише.
Я смотрю в беседку. Яна собирает каштановые волосы в высокий пучок, и я любуюсь ее тонкой шеей. Вижу, как выступают позвонки, когда она наклоняется к Свете и берет ее за руку, разглядывая маникюр. Толстовка задирается, открывая поясницу. Я шумно выдыхаю. Сколько лет прошло, а ей все еще и стараться не нужно, чтобы устроить у меня внутри ураган из эмоций.
– Поплыл, – говорит Кузнецов.
– Отвали.
– Янковский, ты такой злой, когда Янки рядом нет.
Мы смеемся. А Ян спрашивает, понижая голос:
– Ну а если серьезно, ты как, готов?
Я сосредоточенно киваю:
– Да.
Потом обвожу парней взглядом, их любопытные лица очень меня веселят, поэтому я выдерживаю долгую паузу, прежде чем сказать:
– Я купил учебник физики. И приклеил кольцо скотчем между страниц.
– Кайф! – выдыхает Ян. – Слушай, правда круто.
– Радуешься, что ты теперь будешь не единственный женатик? – смеется Кудинов.
Ваня переворачивает шашлык, а потом задумчиво говорит:
– Слушай, Глеб, я раньше никогда не спрашивал. Но мне всегда было интересно. Зачем ты вообще забрал те страницы?
Чувствую, как щеки краснеют, но надеюсь в темноте парни этого не заметят. Я молчу.
– Тебе не обязательно отвечать, – говорит Ян.
Согласно киваю.
