Ты не такая… и мы не такие. Если ты пообещаешь, мы сделаем все возможное, чтобы выполнить все с нашей стороны. Не только в этом случае.
Софи отвела взгляд, заметив, что на них пристально смотрят любопытные и подозрительные лица, особенно Фитц, который, похоже, догадывался, о чем они говорят.
— Ты в порядке? — спросил Грэйди.
Софи кивнула.
— Я просто… расспрашивала Тарину о тролльских лекарствах, чтобы узнать, нет ли у них чего-то, что могло бы помочь.
Эделайн выпрямилась.
— Неужели есть?
— Я пытаюсь придумать, — сказала Тарина, переходя на тролльский, прежде чем сказать Софи, — блестящее прикрытие.
Теперь ты заложила основу для истории, которую нам нужно будет создать, если ты примешь мою помощь. И не хочу давить на тебя, но нам придется сделать несколько шагов, а аликорн уже снова начинает шевелиться.
Софи снова посмотрела на Силвени, и ее желудок сжался, когда она увидела, что Тарина права. Силвени делала еле заметные движения… в основном дергала ногами и махала хвостом.
Но был только вопрос времени, когда она снова начнет биться. Софи достаточно насмотрелась человеческих фильмов и телешоу, чтобы понять, какими грязными и болезненными могут быть роды. И подумать только, что в конце концов, вместо того чтобы уткнуться носом в своих новорожденных детей, Силвени придется столкнуться с непреодолимым горем, зная, что они ушли…
— Ты уверена, что сможешь их спасти? — прошептала она по-тролльски.
Тарина вздохнула.
— Полагаю, с моей стороны было бы нечестно давать гарантию, поскольку то, что я предлагаю, очевидно, никогда не испытывалось ни на чем, кроме моего собственного вида.
Но это должно сработать. И это твой лучший шанс.
Единственный шанс.
И разве Силвени этого не заслужила?
Совет мог бы даже согласиться, учитывая, как сильно они заботились о шкале вымирания… не то, чтобы Софи могла сказать им, что она делала.
Ей хотелось, чтобы мистер Форкл был здесь и высказал свое мнение… или, по крайней мере, поделился с ней результатами своих исследований.
Все происходило слишком быстро.
Она не могла сделать это в одиночку.
А может, и не должна была.
Она снова перевела взгляд на Фитца, у которого между бровями залегла глубокая морщинка. Она могла сказать, что он не подслушивал телепатически…но явно этого хотел.
Доверься мне, передала она ему, прежде чем оглянуться на Тарину.
— Ты должна понять, — сказала она по-тролльски, — что не только я спасла гномов в тот день в Равагоге.
