Софи дала себе секунду, чтобы оглядеться: океан мерцал за живописными скалами, его темно-синие волны испещряли отблески теплого послеполуденного солнца. Тонкие ветви дерева Панакес Каллы разбрасывали розоватые, пурпурные, голубоватые лепестки по холмам. И ее дом с хрустальными стенами, золотыми колоннами и сверкающим куполом… такой роскошный, каким она когда-то не представляла свое жилье, но теперь каждый сверкающий дюйм казался ей домом.
Так же, как и следующий сотрясающий землю рев. И следующий раунд криков.
Потому что одной из любимых вещей Софи в Хевенфилде было постоянное приключение.
— Полагаю, это горгодон? — сказал мистер Форкл, когда Софи повернулась, чтобы идти по усыпанной цветами дорожке, которая вилась мимо загонов с пушистыми динозаврами, скачущими сасквотчами и прочими существами, каких только можно вообразить.
— Да. Похоже на время кормления.
Пастбище показалось Софи еще дальше, чем она помнила, тропинка стала круче, солнце припекало сильнее, и через несколько минут голова у нее закружилась, и закапал пот.
Но она не замедлила шаг. Даже ускорилась, когда подтвердила, что один из голосов принадлежал Грэйди, и она практически бежала к тому времени, когда они обогнули последний поворот и достигли широкого гребня, усеянного валунами, и продуваемыми ветром деревьями, где команда гномов и карликов построила загон для горгодона из арочных кусков стали, расположенных плотно связанным куполом.
Загон был гораздо более похож на клетку, чем любое другое пастбище Хевенфилда.
Но искривления и вмятины на металле доказывали, насколько необходима эта дополнительная безопасность, каждая из которых была сувениром с того момента, когда горгодон ударил своим мускулистым телом по бокам или зазубренным хвостом или попытался прорваться сквозь прутья длинными изогнутыми клыками.
Софи всегда требовалось время, чтобы привыкнуть к виду огромного зверя с мордой рептилии, львиными лапами и острыми крыльями. И горгодон уставился на нее своими узкими желтыми глазами… но только на секунду.
Затем он повернулся к полудюжине гномов, окружавших ограду, рыча на каждого из них, прежде чем остановиться на Грэйди, который стоял рядом с корзиной с плодами похожими на фиолетовые дыни.
Осколки подобного фиолетового плода усеивали землю как внутри, так и снаружи ограды, а серая туника Грэйди была забрызгана фиолетовой мякотью. Но это не помешало ему схватить еще одну дыню и закричать:
— Сейчас.
