Софи сомневалась, что употребит слово «понравится», но, пока вонючая слизь выводила ее из Лечебного Центра, она могла с этим справиться.
— Полагаю, мы не хотим знать, что это такое? — спросил Фитц, осторожно погружая палец в слизь.
Элвин кивнул.
— То же самое относится и к активирующим сывороткам.
Он поднял маленькую бутылочку, наполненную какой-то густой молочно-белой жидкостью, встряхнул ее несколько раз, прежде чем вылить в тазик Софи, и слизь зашипела и вспенилась.
— Время впитать немного силы в эти кости, — сказал он ей, разворачивая прозрачные бинты и вытирая ее руку от оставшейся припарки, прежде чем осторожно опустить в удивительно теплую слизь, и…
— Ничего себе, — прошептала она, издавая, вероятно, смущенный стон.
— Это… круто.
— На что похоже? — спросил Фитц.
Софи покачала головой, не находя слов, чтобы описать. Самое близкое, что она смогла придумать, было:… нежиться на солнце.
— Я же говорил, тебе понравится! — самодовольно сказал Элвин. — Все процедуры, которые я проводил, были направлены на то, чтобы довести до этого состояния, а дальше будет только лучше.
Можешь сжать кулак, Софи?
Ее пальцы легко повиновались, сжавшись.
— Хорошо. Теперь разожми пальцы, пока не почувствуешь, как они растягиваются. Больно?
— Нет!
— Прекрасно! Тогда я хочу, чтобы ты попробовала сотню сделать: сжать, разжать. Но не бойся остановиться, если почувствуешь, что это слишком. Я выбрал число произвольно. Ты знаешь свои пределы.
Софи принялась за работу, а Элвин тем временем налил Фитцу в ванну грязно-коричневую сыворотку, от которой слизь потрескивала, как Хлоп-Конфеты, и помог ему опустить ногу в таз.
Стон, который издал Фитц, был, возможно, самым восхитительным звуком, который Софи когда-либо слышала.
— Удивительно, правда? — спросила она.
Его ответом был какой-то сдавленный вздох.
— Не расслабляйся слишком, — предупредил Элвин. — У тебя тоже есть силовые упражнения. Но сначала…
Он помог Фитцу сесть и снял повязку с ребер, затем завернул его грудь в длинную ткань, пропитанную слизью из таза.
Облегающая туника, сделанная из какого-то жидкоустойчивого материала, не давала илу распространиться куда-либо еще, хотя Элвин слегка плескал воду, когда показывал Фитцу, какие пинки тот должен делать.
— Помни, ты можешь остановиться в любое время, — сказал ему Элвин, пока Фитц медленно выполнял упражнения. — Последнее, что я хочу, чтобы ты делал — это давил слишком сильно.
Софи остановилась на восьмидесяти одном, когда ее пальцы начали подергиваться.
