Растить новых воинов приходилось старикам, зачастую уже не способным показать что-либо из бойцовских ухваток. И тогда в одном из родов, к потомкам которого принадлежали и Пелагея с Дмитрием, самые умудренные воины стали учить девочек. Но учили они их не самому бою, а тому, как обучать воинскому искусству других.
Те времена давно ушли в прошлое, но древняя традиция еще жила, и старая Пелагея была одной из ее носительниц. Тогда, пять лет назад, Дмитрий спросил ее, зачем ему, желающему стать лекарем, целителем, а не воином, осваивать искусство убивать? И получил ответ, что познать некоторые из проявлений своей истинной сущности и использования внутренней силы лучше всего можно именно при занятиях воинским искусством.
И хотя Дмитрию это не очень понравилось, перечить Пелагее он не стал.
И вот сейчас ему уже семнадцать лет, уже год, как он помогает ведунье лечить жителей окрестных деревень, и вчера бабка Пелагея попросила его рано утром прийти на ту самую заповедную поляну, на которой пять лет назад начала учить его искусству выживания.
Дмитрий пришел. Пелагея уже ждала его, присев на стоявший на границе поляны большой валун, покрытый древними письменами, читать которые не умела и сама ведунья. Дмитрий терпеливо ждал, когда она начнет разговор первой. И та наконец заговорила.
— Ну что, внучок, мне тебя учить больше нечему! Но Дар твой до конца еще не раскрыт. И поэтому я хочу отправить тебя учиться дальше.
— Куда, бабушка?
— Знаю я, внучок, что жив еще один из сильнейших ведунов наших, Мирослав, род свой от волхвов древних ведущий и знания заповедные унаследовавший.
К нему тебя и отправлю. Знаю, достоин ты постичь древние знания и Дар свой до конца раскрыть. Путь, правда, тебе предстоит неблизкий. Ну да ты и заработать себе в дороге сможешь искусством лекарским, и постоять за себя. Дар в тебе, внучок, не шуточный, и потому нельзя тебе останавливаться. Дар — он от Бога. И поэтому, если уж нашел свой Дар, надо до конца дойти, полностью его проявить. Иначе Бога прогневишь, и жизнь твоя скудной получится.
Ладно, в путь тебе пора собираться. Три дня тебе даю — подумать да с родителями попрощаться. А потом ко мне приходи. Я тебе оберег древний дам, он тебе и в пути поможет, и Мирославу как знак будет, что ты не просто так пришел, а к Пути нашему, ведовскому, причастен. А сейчас ступай, внучок.
Спустя три дня Дмитрий пришел в избу Пелагеи. И спустя полчаса, получив оберег и помолившись вместе с ней на дорогу, шагнул за порог. На продолжение своего Пути.
