Тут Кларисса услышала странный звук и быстро обернулась: Эльмо смотрел в спину Иеронимусу с такой злобой, что девушка невольно испугалась — уж не кинется ли он на инквизитора? Тот между тем продолжал: — Я разглядел, что это женщина — точнее, молоденькая девушка в темном плаще. Она быстро скрылась в темноте, думая, что ускользнула незамеченной. — Иеронимус выдержал эффектную паузу. — Там, где прошло это… создание, остался след. Я чувствую его так же отчетливо, как вы, сидящие за этим столом, ощущаете запахи блюд.
И, что самое главное, — он взмахнул рукой, — этим запахом магии пропитан весь дворец. Это значит, колдунья среди нас.
Повисло тяжелое молчание.
— И что же нам делать теперь? — спросил Бертрам. Он единственный из всех не выглядел обеспокоенным.
— Во имя Единого, Изначального, — инквизитор низко опустил голову. — Пусть брат Джок вместе со слугами обыщет покои всех женщин… если где-то он найдет колдовские предметы, мои слова подтвердятся. Мы же пока останемся здесь.
— Прошу, — Эуфемия откинулась на спинку кресла.
Щеки ее пылали. — Если бы вы не были служителем Церкви, отче… Но я согласна. Пусть мои комнаты обыщут в первую очередь. Ненавижу долго ждать.
— Выполняйте! — хриплым голосом приказал Арнульф.
Духовник, бледный и дрожащий, повиновался.
Ожидание казалось бесконечным.
— Такое унижение, — вполголоса проговорила Эуфемия. — Если об этом узнают в Вальтене…
— Бояться нечего, — отозвался Арнульф. — Вся наша семья чиста.
— Мы это увидим сейчас, — инквизитор вновь спрятал лицо под капюшоном.
Вновь настала тишина — пока не вернулся духовник. На вытянутых руках он нес книгу в переплете из черной кожи с массивными медными застежками. Опустившись на колени перед высоким столом, он положил ее на каменные плиты пола и вполголоса проговорил:
— Прошу позволения удалиться, чтобы совершить очищение. Эта вещь полна магии.
— Прежде скажи нам, — Иеронимус встал, — где ты нашел ее?
— В покоях одной из ноблесс, — с каждым словом Джок говорил все тише и тише.
"
"— Чьих? — Арнульф поднялся так резко, что его кресло с грохотом перевернулось.
Вместо ответа духовник вытянул руку и дрожащим пальцем указал…
— Нет! — закричал Бертрам. — Этого не может быть!
Эльмо не сдержал стона.
…на Клариссу.
«Вот все и кончилось, — только и успела подумать девушка перед тем, как сознание милосердно покинуло ее. — Как жаль…»
12— Это не она, Иеронимус! — чуть не плача, повторил Эльмо в десятый раз.
