У тебя есть выбор. Ты можешь отказать мне, послать куда подальше, я и к этому готов.
– Больше пятнадцати лет, – сипло выдавливаю я.
– Что? О чем ты?
– Я бегала за тобой больше пятнадцати лет, а ты сдаешься из-за одного воображаемого отказа?
– Кто сказал, что я сдаюсь?
– То есть?..
– Да, – отвечает Дима, так и не дослушав вопрос. – Ты ведь уже влюблялась в меня…
– Дважды, – напоминаю я.
– Ну вот. Может, это снова буду я? Бог троицу любит. Верно?
Чистая, ничем не омраченная улыбка Димы слепит. Все системы в организме сбоят от перегрузки.
Зимин садится ближе.
– Я хочу попробовать, Ксю. Правда хочу, всем сердцем. – В его словах столько энергии, что прошибает и меня. – Знаешь, о чем я мечтал последние несколько месяцев?
– О чем? – нетерпеливо спрашиваю я.
Дима приподнимает мой подбородок, наши глаза встречаются:
– Увидеть, как ты на меня смотришь. Никто так больше не может, Ксю. Только ты. Только в твоих глазах я всегда был тем, кем можно гордиться. И ни от кого я больше не желаю таких взглядов.
Ни у кого и не получится.
Без труда выполняю то, что он просит. Смотрю. Смотрю так же, как делала это всегда. С обожанием, восхищением и безусловной любовью.
– Ксю, я часто ошибался, но… я собираюсь все исправить. Знаю, что могу это сделать. И ты нужна мне, потому что я не… не хочу никого другого… Никого, кроме тебя.
– Боже, Зимин, – хнычу я, упираясь лбом в его плечо. – Пощади.
– Что? Это слишком? – Его щека ложится на мою макушку.
– Ты что-то принимаешь?
– Я был на препаратах всего год.
Сейчас только терапия.
– То есть это действительно твои мысли? Твои желания и решения?
Он смеется и кладет мои ноги к себе на колени. Утыкаюсь носом ему в шею и прислоняю ладонь к его груди, где ровно бьется любимое сердце. Так и сидим какое-то время. Я, по обыкновению, дышу им, а он бережно держит меня в своих руках.
– Ты сейчас встречаешься с кем-то? – спрашивает Зимин несколько минут спустя.
– Как будто это имеет значение, – нервно усмехаюсь я и вспоминаю о Захаре. Мы с ним сходили на пару свиданий, но продолжили общаться на дружеской волне.
Искорка между нами так и не проскочила.
– А если серьезно? – допытывается Дима. – Побороться я тоже готов.
– Ты уже победил.
– Так просто?
– А тебе мало сложностей?
– Нет, но… Ксю, мне… мне очень…
– Знаю, – обрываю я, не желая слышать ни сожалений, ни извинений. Они ни к чему. Он сделал ровно то, что должен был, то, чего я хотела. Взлетел. Большего и не нужно. – С возвращением, Дим.
