На его лице – ослепительная улыбка, и я чувствую острое желание немедленно смыться отсюда.
– Я только что сменился с дежурства, – он немного запыхался. – Моя сестра должна была уйти из города месте с вами, и…"
"Мы с Трис обмениваемся обеспокоенными взглядами. В комнате становится тихо, как на похоронах альтруиста. Даже Питер, которому доставляют удовольствие страдания других людей, абсолютно растерян.
– И… – начинает снова Джордж и осекается. – Почему вы на меня так смотрите?
Кара выходит вперед, очевидно намереваясь выложить ему дурную весть, но я опережаю ее:
– По дороге на нас напали бесфракционники, и она… не пережила этого.
Короткая фраза совершенно не передает того, что случилось: ни внезапности того события, ни падения тела Тори на землю, ни нашего беспорядочного бегства в темноте. Я тогда не вернулся к ней. А из всей нашей группы я один ее по-настоящему знал. Я помню, как крепко ее пальцы сжимали иглу для татуировки, как звучал ее смех – резковато, будто жесткая наждачная бумага.
– Ты?.. – Джордж прислоняется к стене, чтобы не упасть.
– Она отдала свою жизнь, защищая нас, – произносит Трис с удивительной для нее мягкостью. – Если бы не Тори, мы бы не спаслись.
– Она… умерла? – слабым голосом спрашивает Джордж.
Замечаю в коридоре улыбающегося Амара с тостом в руке. Он застывает на пороге и мрачнеет.
– Я пытался разыскать тебя, – говорит он Джорджу.
Вчера вечером Амар упомянул о Джордже так небрежно, и я не понял, что они с ним друзья. Джордж стоит с остекленевшими глазами.
Амар обнимает его одной рукой. Пальцы Джорджа судорожно цепляются за рубашку Амара, костяшки побелели от напряжения. Я не слышу его плача и не вижу слез. Туманно вспоминаю ощущение пустоты. В общем, не знаю, как это бывает. В конце концов, Амар уводит Джорджа в коридор. Они разговаривают вполголоса.
А в комнату заходит какой-то парень. Я вспоминаю, что вроде бы согласился принять участие в генетической экспертизе. Этот тип машет Трис.
– Мэтью, – говорит она как ни в чем не бывало.
– Нам пора.
Она тащит меня к двери. Надо же, Мэтью – вовсе не убеленный сединами ученый. «Не будь идиотом», – думаю я.
– Приятно познакомиться. Я – Мэтью.
– Тобиас, – представляюсь я, потому что «Четыре» прозвучало бы странновато в этом месте.
– Ну что? Махнем в лабораторию?
Резиденция полна народу, все одеты в зеленую или темно-синюю форму. Брюки закрывают лодыжки или на пару сантиметров не доходят до щиколотки в зависимости от роста.
