– А тебе удалось привить свою семью? – спрашиваю я.
– Ага. Мы нашли их вместе с верными, в Хэнкок-билдинг, – отвечает она. – Но время «перезагрузки» уже прошло. Наверное, Трис и Калеб успели.
Ханна и Зик о чем-то потихоньку переговариваются. Похоже, новый странный мир удивляет их. Амар периодически оглядывается на них и вводит обоих в курс дела. Меня несколько напрягает то, что он отвлекается от дороги, и я стараюсь не обращать внимания на приступы паники и сосредоточиваюсь на снегопаде.
Я всегда ненавидел пустоту, которую приносит с собой зима: бесцветные пейзажи и совершенное отсутствие разницы между небом и землей.
Деревья, превращенные в скелеты, и город, напоминающий пустыню. А если в этом году я смогу полюбить зиму?
Мы быстро проезжаем сквозь ворота в заборах Резиденции и тормозим около задних дверей. Охранники куда-то запропастились. Вылезаем из пикапа, и Зик подхватывает мать под руку. Когда мы заходим в здание, понимаю, что Калеб справился – нигде нет ни души.
Вероятно, местных удачно «перезагрузили».
– Куда они подевались? – изумляется Амар.
Мы шагаем мимо покинутого КПП. За ним я вижу Кару. Ее лицо в синяках, на голове – повязка. Она очень встревожена.
– Что случилось? – спрашиваю я.
Кара только склоняет голову.
– Где Трис? – продолжаю добиваться от нее ответа.
– Прости, Тобиас.
– Кара, что стряслось? – кричит Кристина.
– Трис отправилась в Оружейную Лабораторию вместо Калеба, – начинает Кара. – Она пережила сыворотку смерти и сумела активировать сыворотку памяти, но в нее стреляли, и…
Я чувствую, когда люди врут.
Конечно, Трис жива, ее глаза блестят, на щеках – румянец, а ее маленькое тело полно силы и энергии, как было, когда она стояла в лучах света в атриуме. Трис не могла оставить меня здесь одного.
– Нет, – шепчет Кристина, – нет, это какая-то ошибка.
Кара плачет. И я сам понимаю, что Трис, разумеется, отпихнула Калеба и бросилась в Лабораторию. Кристина что-то говорит, но ее голос доносится до меня приглушенно, будто я нырнул в воду.
Черты лица Кары расплываются, мир вокруг меня превращается в тусклую смазанную картину. А если я сделаю вид, что ничего не произошло, может, тогда все изменится? Кристина сжимается, не в силах выдержать навалившееся горе. Кара обнимает ее. А я просто стою неподвижно."
"52. Тобиас
Когда ее тело первый раз коснулось сетки, все, что я увидел, – это серое пятно. Я перетащил ее через край.
