– Тобиас? – окликает меня Калеб, и я вздрагиваю от неожиданности. – Постой. Пожалуйста.
Мне не хочется смотреть на него. Он тоже скорбит по ней. Я не хочу думать о том, что она умерла ради этого жалкого труса. Но мне становится интересно, увижу ли я в его лице какие-нибудь ее черты. Я до сих пор ищу ее как безумный – везде и повсюду.
Его волосы грязные и взъерошенные, зеленые глаза налиты кровью, рот скривился.
Нет, он совершенно не похож на нее.
– Извини, – бормочет он. – Но это касается Трис. Она просила передать тебе перед тем, как…
– Давай покороче, а?
– В общем, она не хотела бросать тебя.
Вот ее слова.
Наверное, я должен что-то почувствовать.
– Ах, так? – говорю я жестко. – Тогда почему она так поступила? Почему она не дала тебе умереть?
– Ты думаешь, я не задаю себе этот вопрос? – отвечает Калеб. – Она любила меня. Настолько, что держала меня под дулом пистолета, чтобы заставить ей подчиниться.
И он бежит прочь от меня. Что же, вероятно, так даже лучше. Я смахиваю слезы и сажусь на пол прямо посередине вестибюля.
Я понимаю ее. И то, что она сделала не является актом безумного самопожертвования. Я с такой силой тру ладонями глаза, будто хочу вдавить слезы обратно в череп. Нельзя позволять своим эмоциям вырваться наружу. Хватит. Какое-то время спустя я слышу неподалеку голоса Кары и Питера.
– Скульптура была символом постепенных изменений, – объясняет она ему. – А сейчас они выпустили всю воду разом.
– В самом деле? – с неподдельным интересом спрашивает Питер. – А зачем?
– Я тебе позже объясню, хорошо? Ты помнишь, где наша комната?
– Ага.
– Тогда возвращайся обратно. Кто-нибудь тебе обязательно поможет, спрашивай, не стесняйся.
Кара приближается ко мне, и я хмурюсь. Опять начнутся пустые разговоры. Но она лишь присаживается возле меня на пол.
– Что еще? – осведомляюсь я.
– Ничего. Знаешь, тишина – это прекрасно, – произносит она.
И мы оба молчим.
К нам подлетает Кристина. Она едва переводит дух.
– Быстрей. Они собираются отключить его.
Я содрогаюсь.
Ханна и Зик находятся в палате Юрайи с тех самых пор, как мы приехали сюда. Но у него нет никаких улучшений, и лишь машина заставляет стучать его сердце.
Мы с Карой и Кристиной мчимся к больнице. Я не спал несколько дней, но не чувствую усталости.
Вскоре мы стоим около смотрового окна в палату Юрайи. С нами – Эвелин, которую Амар несколько дней назад забрал из города. Она слегка прикасается к моему плечу, но я отшатываюсь. Не желаю, чтобы меня утешали.
