В общем, я решила оставить Дениса. Он грубый, жадный и, между нами, член у него крошечный.
На последней фразе я испытываю потребность заткнуть уши. То, что написанные мной строки мотивировали Тоню изменить жизнь к лучшему, безусловно радует, а вот подробности об анатомических особенностях Морозова я бы хотела знать меньше всего.
Но в следующее мгновение выясняется, что радость моя является преждевременной, ибо Тоня продолжает тараторить: — …Илья Кулаков давно предлагает мне своё покровительство, поэтому я решила уйти к нему.
Он, конечно, не такой влиятельный, как Денис, но, говорят, что в следующем году может стать членом совета. Да и говорят, что после твоей статьи Морозов окончательно растеряет свой авторитет, ведь его многие осуждают…
Я молча смотрю, как двигается её рот, и внезапно вспоминаю слова Леона: «Те, кому нужно — обязательно поймут».
Так вот, Тоня явно не из числа нуждающихся.
***"
"Остаток учебного дня я хожу в приподнятом настроении. Никто не набрасывается на меня со словами: «Что за высокопарную чушь ты написала!», а в большой перерыв ко мне подходит незнакомый парень, чтобы поделиться тем, что в первый месяц учёбы его трижды вызывали в деканат и оставили в покое лишь к сессии.
То, что в этом году он заканчивает университет с перспективой получения красного диплома, особенно обнадёживает. Возможно, и я справлюсь.
Донельзя воодушевлённая, я сворачиваю в сторону туалетных комнат и замедляю шаг, заслышав топот шагов позади — такой, что все нервные окончания подбираются близко к коже, а пульс начинает частить.
Резко обернувшись, я вижу, что интуиция вкупе с инстинктом самосохранения сработали безотказно: Морозова Дениса отделяют от меня какие-то жалкие пара метров.
— Надеюсь, ты идёшь за мной не потому, что прочёл статью?
— Именно поэтому, мелкая сучка, — рявкает он, сжимая кулаки. — Ты кем, блядь, себя возомнила, чтобы писать такое обо мне?
— Кем возомнила себя я, чтобы озвучить правду? — уточняю я, с облегчением отмечая, что из женского туалета доносится звук голосов.
— А кем себя возомнил ты, если думаешь, что имеешь полную неприкосновенность?
— Сегодня же тащи свою задницу в деканат и проси, чтобы статью убрали! Иначе тебе пиздец…
Отчего-то его грозное шипение, как и перекошенное яростью лицо, не вызывает во мне ничего, кроме брезгливого сочувствия. Сейчас Морозов напоминает быка, бездумно пытающегося боднуть красную тряпку.
— Вы с сестрой какие-то курсы по неэффективным угрозам проходили? Разговариваете скриптами.
