– Вас заманил сюда Электрик. Для чего – не знаю, но догадываюсь, что ему нужен был Юрка.
– Нестыковочка, паря. – Пришвин ткнул пистолетом в грудь Тутуева. – Почему эта сука не воспользовалась моментом там, где мы были? Он лихо всадил лом в пузо Курагину, трубу – в глотку Шевченко, а вот времени пострелять глазами у него не нашлось?
– Стул.
– Что? Какой еще стул?
– Электрический стул. Он сделал его еще в девяностых.
Пришвин обернулся.
– А это что за туловище?
Он только что заметил присутствие бомжа.
– Добряк.
Местный бомж.
– Ты придурок, ты убил их! – закричала Стрельцова и набросилась на опера.
Костя уворачивался, как мог. Паровоз схватил девушку за руки, притянул к себе и обнял.
– Успокойся. Побереги силы. Он еще где-то здесь. Он в ком-то из нас.
– Я сейчас выясню. – Пришвин вдавил ствол пистолета в грудь Тутуева. – Повторишь – будешь жить. Шла Маша по шоссе и сосала сушку. Давай.
– Шла Маша по шоссе и сосала соску, – без запинки повторил Паровоз.
– Играешься, сучонок? Слово в слово.
Шла Маша по шоссе и сосала сушку. Ну!
– Шла Маша по шоссе и сосала сушку.
– Ты! – перевел взгляд и пистолет Пришвин на Машу.
– Шла Маша…
– Стоп! Скажи: наша Маша лучше всех.
– Наша Маша лучше всех.
Пришвин опустил пистолет и медленно повернулся к другу.
– Все сходится. Его ударило током, когда он пытался их разнять, – произнес Володя.
– Заткнись!
Пришвин присел около Савельева.
– Игорек, ты как?
– Пойдет. – Он перестал трясти головой. Теперь Игорь поглядывал на свой пистолет, лежащий в метре от него.
– Повторишь?
Савельев посмотрел в глаза Косте:
– Почему бы и нет. Сла Маса…
Пришвин отпрыгнул, едва не упав. Его подхватил Тутуев.
– …по сошше и шошала шуску, – раздалось за спинами мужчин.
На электрическом стуле сидел Добряк. Шут, усевшийся на трон.
– Вот он где. – Пришвин развернулся к бомжу.
– Он вполне может быть и в обоих, – предположил Володя и подхватил пистолет Савельева.
– Не говори ерунды, – произнес Игорь и встал, опираясь о стену.
– У меня губы онемели. Шла Маша по шоссе и сосала сушку.
– Я рад, что ты снова с нами, – сказал Пришвин, не выпуская из вида Добряка. – А ну-ка, слезай со стульчика.
Электрик в теле старика дернулся, опустил «колпак», пристегнул ремень на подбородке, попытался приковать руки к подлокотникам, но у него ничего не вышло.
– Шинок, нужна помощь, – прошепелявил бомж.
– Не вмешивайтесь, – прошептал Паровоз и отдал пистолет Пришвину, – что бы ни происходило.
