Но, повернувшись к ним, он понял, что ничего не видит. Димка Колтун ослеп. И это его взволновало не намного больше, чем то, что он обоссался. То есть ему было наплевать и на собственное зрение. Это только подтверждало его никчемность.
– Дима, что здесь произошло? – Голос Савельева был добрым, почти… Если не отцовским, то он вполне мог сойти за голос старшего брата.
– Ты смотри, что этот дебил натворил! – Пришвин злой, как собака. Оно и понятно. Метод злого и доброго полицейского – беспроигрышный вариант. Это знает каждый школьник, и Колтун не стал исключением.
– Почему ты думаешь, что это он сделал?
Димка чувствовал доброту. Не видел, а чувствовал добро.
– А кто?! Инопланетяне, что ли?!
И зло.
– Кто это сделал, Дима?
Но еще большее зло он чувствовал где-то… внутри себя. Оно притаилось. Оно ждало своего часа.
– Дима! Дима, посмотри на меня. Да твою же маманю! – вдруг выругался Савельев.
– Что там?
– Он ослеп. Ну-ка давай в дом. – Игорь поднял Димку на руки и понес. – Сними Курагина и тоже в дом.
– крикнул Савельев на ходу.
– Легко тебе сказать, – пробубнил злой Пришвин. – Себе выбрал маленького, а мне эту тушу…
Костя потянул за лом, но тот даже не пошевелился. Дернул сильнее, стержень поддался и вышел сантиметров на пять.
«Может, все-таки инопланетяне? Что-то не очень похоже, что этот «доход» смог поднять лом. Не то что уж…»
* * *"
"Паровоз делал то, что до этого ему приходилось делать лишь однажды. Тогда он попал в бригаду к опытному электрику, и они… Черта с два, они! Он один под чутким руководством того самого электрика перебрал (тут можно было сказать, собрал, потому что, как известно, переделывать за кем-то хуже, чем делать заново) главный щит на семьдесят автоматов, нарастил кабель и собрал электрощитки в бане и гараже.
На все это ему понадобилось чуть больше двенадцати часов. Сейчас он чувствовал себя точно так же, как и в тот день. Руки слушались, голова была светлой, и чье-то присутствие не покидало ее. Будто невидимый наставник стоял за спиной и контролировал процесс восстановления всеми забытой щитовой.
Не подталкивал, как это было, например, на дачах, а просто следил. Тем более Володе нравилось то, чем он занимался. Он отучился пять долгих лет на инженера-электрика, а вместо работы с документами и людьми предпочитал возню с автоматами, проводами и пускателями. Однажды главный энергетик, застав его за возней с кабелями, с укором напомнил ему, что он инженер-электрик. Это все равно как если бы он назвал его жопой.
