Я провел рукой по лицу, раздражение на самого себя возрастало. Сначала я заставил ее думать, что ей не разрешается выходить из комнаты, а теперь оставил ее на стойке без необходимого ей средства передвижения. Каким придурком — мужем я был. Вот почему я не мог позволить себе сближаться с людьми. Это делало меня расслабленным и рассеянным.
Я взял ее инвалидную коляску и подтолкнул к кухонному острову. Затем поднял ее со стойки и помог сесть."
"— Тебе нужно что-то еще?
Она покачала головой.
— Тебе пора уходить?
— Да.
Она медленно кивнула.
— Надеюсь, у тебя будет хороший день.
Ее нежные слова преследовали меня, пока я не подошел к двери и не захлопнул ее за собой.
Анджело кивнул мне, когда я поднимался в лифте в свой офис. У меня была работа, империя, которую нужно было контролировать, и я не мог позволить никому помешать этому.
11
МАТТЕО
Я занимался приседаниями, когда дверь в спортзал медленно приоткрылась. София заехала в комнату на коляске, выглядя взволнованной.
Я не видел ее с тех пор, как вчера вышел из дома — она уже была в своей комнате, когда я вернулся поздно ночью. Этим утром она была одета в узкие черные леггинсы и топ, который больше походил на бюстгальтер. Мой пульс ускорился, даже когда я положил гантели на пол.
— Можно я тут позанимаюсь? — спросила она. Ее взгляд скользнул по моему обнаженному торсу, прежде чем вернуться к лицу, и у меня появилось необъяснимое желание поднять что-то тяжелое.
Я кивнул, и она слегка улыбнулась, прежде чем подъехать к стойке с гантелями.
Я поднял свои собственные пятидесятифунтовые гантели, наблюдая, как она берет никогда прежде не использовавшиеся пятифунтовые. Я продолжил свои упражнения, но не сводил с нее глаз, забыв о жжении в мышцах, пытаясь понять, что София делает. Она неловко схватила гантели и начала делать жимы от плеч. Я стиснул зубы от ее ужасной техники. Она могла пораниться.
Я снова бросил свои гантели и пошел к ней.
— Что ты делаешь?
Ее губы приоткрылись, когда она подняла голову, чтобы посмотреть на меня.
— Эмм, поднимаю вес? — Она выглядела такой чертовски милой, что это даже раздражало.
Я скрестил руки на груди.
— Ты делаешь это ужасно.
Она моргнула и отвела взгляд.
— Я просто хочу укрепить плечи, чтобы легче было толкать кресло.
Я позволил себе осмотреть ее руки, наслаждаясь гладкостью кожи, прежде чем заставить себя посмотреть на инвалидное кресло.
