Андрей явно не замечает моего нежелания продолжать общение и следует за мной к выходу.
— Ты сейчас куда, Тай?
— Домой.
— Может сходим куда-нибудь посидеть, если не торопишься? Здесь рядом хороший бар есть.
Так прямо сразу в бар. Тоже, видимо, мои грудь и попа приглянулись. Сразу решил меня напоить.
— Нет, спасибо. У меня есть парень и ему это вряд ли понравится.
Про себя я решила, что именно так я буду отвечать тем, кто желает со мной познакомиться. Ну и что, что это лишь наполовину правда. «Есть парень» — емкое и исчерпывающее объяснение.
И точно куда менее обидное, чем честное: «Ты меня не интересуешь».
— Не думал, что у тебя есть…
Чего не думал Андрей, узнать мне не удается, потому что в этот момент на крыльце я замечаю Ларису. То, что с ней что-то не так, понимаю сразу: она переминается с ноги на ногу, обхватив себя руками, и громко шмыгает носом.
— Извини… — бормочу своему спутнику, который, кажется, еще не теряет надежду продолжить беседу, и направляюсь к ней.
— Ларис…
По позвоночнику за секунду пробегает озноб.
Она плачет.
— Эй… — трогаю ее за плечи. — Что случилось?
— У нас несчастье… — она смотрит на меня покрасневшими глазами и судорожно выдыхает. — Братишка мой попал под машину. Ему четыре года всего… Сейчас в больнице…
Я живо представляю четырехлетнего мальчугана со светлыми вьющимися волосами, так похожего на мою подругу. Так уж у меня всегда — мне рассказывают, а я сразу представляю. Он лежит на дороге с раскинутыми ручками, глаза закрыты, а вокруг кровь.
— Сильно… В смысле серьезно? — от шока и растущего кома в горле мой голос осип.
"
"— Да… срочно нужна операция…и деньги. Мы весь день собираем… двести пять десят тысяч нужно… нашли сто…
Она всхлипывает, запускает пальцы себе в волосы и с силой дергает. И пусть это ее волосы, сейчас мне тоже больно. Внутри все переворачивается от несправедливости. Маленькие дети не должны умирать. Они ведь только жить начинают и совсем ни в чем не виноваты. Куда же смотрел водитель?
Горло взбухает, подталкивая слезы к глазам.
Хороша же я сейчас буду, если разревусь. Как будто Ларисе проблем мало.
— Не плачь, — я крепко обхватываю ее запястья и заставляю освободить волосы. — У меня есть деньги. Евро подойдут? Я тебе дам. Твоему братику сделают операцию и все будет хорошо.
Лицо Ларисы искажает измученная гримаса. Она закусывает губу и трясет головой.
— Я все верну, обещаю… Папа продаст машину, и мы все тебе вернем. Спасибо тебе… Ты даже не представляешь, как много это для меня значит.
