– Борей, – узнал Хаджар духа Северного Ветра, одного из тех, кто был даже древнее чем Сидхе. – Но как я…
– Дороги Безымянного Мира хитры и сложны, – перебил Борей. – и даже не сделав по ним шага, ты можешь прийти туда, куда не ожидаешь, но оказаться там, где должен.
– Тот голос…
– Не слушай его, – дух Северных Ветров перебирал струны узловатыми пальцами, высвобождая звуки, которых Хаджар еще никогда не слышал. – чтобы он не говорил тебе, не слушай. Иди лишь своим путем. Только тогда, куда бы он тебя не привел, ты сможешь быть уверен в том, что действительно жил.
Только так ты сможешь добраться до места, куда направил свои стопы.
Хаджар замотал головой. Как и всегда, при разговоре с одним из Древних, он не понимал, что ему хотят сказать.
– Это был Яшмовый Император? – спросил Хаджар.
Борей лишь улыбнулся.
– Ты пришел, чтобы увидеть свой закон, – не спрашивал, а утверждал старец. – но еще слишком рано, юный ветер. Звезда родиться лишь тогда, когда должна.
И свой закон ты узришь лишь тогда и… если будешь готов… сможешь стать… готов…
Борей говорил почти так же туманно, как и Древо Жизни.
– А ты, падший, – старец вдруг взглянул за спину Хаджару. Тот силился обернуться, но не мог. Что-то удерживало его на месте. Но краем глаза он видел тень в черном плаще и одну единственную седую прядь. – Хотел перехитрить порядок вещей? Даже тебе, о Великое Бедствие, не удалось одолеть законы Неба и Земли. Юный ветер пройдет тот путь, что ему отмерен.
Если пройдет… и ты не сможешь ему в этом помочь. Никто не сможет помочь…
Тень исчезла.
Затем исчезла долина холмов и ветров.
Исчез и Борей.
Хаджар держал в руках туманный, черный меч.
Он был воткнут в грудь Абендину.
И Первый Воин, задыхаясь, постепенно терял заемные силы, вновь превращаясь в сухого старика.
Глава 1303 (Финал 14го тома)
– Это была… славная битва… Хаджар, – шептал Первый Воин.
Они стояли посреди простой пещеры, а вокруг их ног клубился серый туман.
Расколотый трон стоял позади и Абендин лежал на его ступенях.
Не было ни горного плато, но леса, ни долины… лишь темница, которую древний бог так и не смог покинуть.
Меча и секиры Хаджар тоже не обнаружил.
Единственным свидетельством битвы оставалась жуткая рана на груди бога. Но из неё не падало капель крови. Наоборот, из неё что-то поднималось все выше и выше к далекому своду. Серебристое, слегка мерцающее.
