– Эпохи не пощадили тебя, – прогремел расколовшимся ледником голос Абендина. – ты изменился, Мастер. Изменился сильно… но я чувствую, что это все еще ты. Так что исполни мое желание и давай сойдемся в битве так, будто завтра уже не настанет.
С этими словами, Абендин оттолкнулся и сорвался в стремительном рывке… если так, конечно, можно было описать движения бога-воина.
Глава 1300
Как сражаются и умирают боги… родись Хаджар писателем, то назвал бы так книгу, которую хотел бы сделать своей последней.
Но Хаджар вырос простым воином, далеким от философии и поэзии.
Так что в рывке Абендина он не увидел ни низвергавшегося неба, ни пожара звезды, раскаленной внутренним пожаром. Ни танца секиры, в которой сосредоточилось больше тайн и смысла, чем в трактате самого прославленного из мудрецов.
Это были движения бога. Его бой. И смертному было не понять чаяний души обвенчанного с вечностью.
Все, что увидел Хаджар, это рывок такой силы и скорости, что окажись перед Абендином все воинство Региона Белого Дракона, включая Хозяев Небес и воинов Семи Империй, то от них не осталось бы и следа.
Более того, не осталось бы этого следа ни от одной столицы и Рубинового Дворца, поставь их в ряд перед Абендином.
На мгновение Хаджару даже показалось, что это не Древний сорвался в столь могучем по силе рывке, а мир вокруг него, когда как сам воин остался стоять на месте.
Но наваждение исчезло."
"Секира врезалась в подставленный меч. Алый Клинок высек красные и черные искры, когда широкая сталь вгрызлась в него.
И в каждой этой искре содержалось огня больше, чем в жерле проснувшегося вулкана.
Одна из таких могла спалить Даанатан. Две – Рубиновый Дворец. А пять – целую Империю.
Земля вокруг ног Хаджара задрожала, загудела, а затем взорвалась настоящим землетрясением.
Лесная опушка, на которой они стояли, превратилась в огромной лесной массив. Но лишь затем, чтобы мгновение спустя обернуться безжизненной каменной долиной. Горными цепями, подпирающими небо и ущельями, столь глубокими, что не услышишь эха падающего камня.
И все это – от одного удара Абендина.
Сила бога… сила тех, против кого Хаджар объявил свой крестовый поход.
– Давай же, Черный Генерал! – взревел Первый Воин. – у меня не так много времени, так что не стой столпом!
Абендин разорвал дистанцию и заранее принял защитную стойку. Он расставил ноги в сторону и выставил перед собой секиру. Он ждал когда его противник нанесет свой удар, чтобы искупаться в его мощи и силе.
