Почти такого же роста, как и сам Дархан, но явно шире в своей комплекции. Он был первым из богов, кто взял в руки оружие и опустил его на плоть твари между границ. За что и получил свое прозвище – Первый Воин.
Дархан всегда уважал этого диковатого, но отважного и честного воина. Абендин был прост и глуп, но красив в своей простоте и глупости.
Он просто выполнял приказы и наслаждался бесконечной битвой, в которую погрузил себя с того самого дня, как открыл глаза.
Дархан не хотел бы его убивать…
– Если хочешь, пойдем со мной, – показательно убрав ладонь от рукояти своего знаменитого Черного Меча, он поправил синий шарф и отправился в сторону едва видимой тропки.
– Эй! Черный Генерал! – окликнул его бог. – ты ведь знаешь зачем я здесь?
– Знаю, – легко кивнул Дархан.
Абендин переместился перед Черным Генералом и встал на его пути. Его секира покоилась в мощных, мускулистых руках. Истоки… Первый Воин и сам выглядел как медведь. Человекоподобный, но такой же дикий и не предсказуемый.
– Сразись со мной, Черный Генерал! – рыкнул он, от чего губа на нижней челюсти чуть дрогнула.
Ну точно – медведь. – Давай выясним раз и навсегда, кто из нас сильнее.
Дархан чуть улыбнулся.
Такой простой и глупый бог. Но может именно поэтому он был одним из немногих обитателей Седьмого Неба к кому Дархан не испытывал отрицательных эмоций.
Скорее – одни только положительные.
– Зачем?
Абендин хотел что-то сказать, но явно не мог подобрать слова. Кажется, Дархан, фигурально, выбил землю у него из-под ног.
– Я уже сказал зачем! – нашелся, наконец, Первый Воин. – Чтобы выяснить, раз и навсегда, кто из нас сильнее!
Дархан хмыкнул. Он миновал Абендина так легко, будто тот и не стоял вовсе поперек тропинки.
– Мы и так знаем, что я сильнее, – ответил он и пошел дальше.
Почувствовать, что позади вспыхнула душа. Секира, полная силы и воли бога, обрушилась на плечо Дархана. Но тот не стал обнажать меча.
Почему?
Он ведь уже говорил.
Абендин был весьма простой и прямолинейной личностью.
Ему были не чужды понятия чести. А какой воин станет атаковать другого, будто жалкий трус или убийца, со спины? Нет, так, возможно, поступил бы Дергер. Но не Абендин.
– Почему ты не пытаешься защититься? – прорычал Первый Воин, когда его секира застыла на расстоянии дыхания от плеча Дархана.
– Ступай следом, маленький бог. И если ты хочешь сразиться, когда я покажу тебе то, что хочу показать – я сражусь с тобой.
– Обещаешь? – прищурился Абендин.
